Кровью омытые. Борис и Глеб: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Слова непотребные говоришь, боярин, — озлился Мстислав. — И посольство правишь не по чести. Ворочайся к Ярославу и скажи, что я иду не один, а с дружиной, и коли он задумал силой со мной меряться, не побегу. Теперь же ступай, боярин Герасим.

Круто поворотив, Мстислав направился в шатер.

Немало воды в Днепре утекло, великой кровью Русская земля полита…

Не на праздничный пир сошлись русичи на Лиственом поле, в кровавой усобице схлестнулись за Черниговское княжество Ярослав с Мстиславом…

Желтели осенней позолотой леса, алела рябина. В тот день хмурое небо нависло низко над землей и скрылось солнце…

Широким строем развернул полки князь Ярослав, тугим луком напружинились тмутараканцы…

Разглядел Мстислав, как наемные варяги железным клином выдались, сказал:

— А пошлю-тко я против свевов черниговских удальцов.

И поставил в челе полк пеших черниговцев, что прислал ему на подмогу черниговский посадник Ростислав. На крыльях касогов выставил, а отборной верхоконной дружине велел ждать своего часа.

Полощет ветер голубые княжеские стяги, раскачивает Святые хоругви. Русские хоругви над русскими полками.

Запели серебряные трубы, и закованный в железо одноглазый ярл Якун первым повел своего варяжского «вепря». Взяли их «свинью» в топоры и шестоперы пешие черниговцы, сошлись грудь с грудью. Гикая и визжа, ринулась в сечу касожская конница.

В звоне металла, в треске копий потонули крики и стоны, в смертельных судорогах ржали и храпели кони…

Время на ночь перевалило, крупными каплями сорвался грозовой дождь. Перечертила молния небо, осветила искаженные злобой лица…

Люто бьется Русь!

Шлет тысяцкий Роман гонца к Мстиславу:

— Не подоспело ли дружине за мечи взяться?

Встал Мстислав в стремена, видит, нет никому перевеса, решился:

— Скажи боярину Роману, пора!

— Пора! — пропели трубы.

— Пора! — откликнулась Мстиславова дружина и ринулась, выдохнув единым голосом: — Тму-та-ра-кааань!

В топоте застоявшихся копыт качнулась земля. Врубились гридни. Не выдержали киевляне свежесильного удара, попятились, побежали…

…Ветрено… Ярко зажегся восход.

Затихло поле. В Листвине-городке отдыхают воины от боя, и только бодрствует князь Мстислав. Кутаясь в корзно, медленно обходит поле, подолгу стоит перед убитыми, вглядывается в мертвые лица. Вот лежат тмутараканцы, а рядом вечным сном спят гридни Ярослава. Там, не выпустив из рук сабли, распластались касоги. Как шли клином варяги, так и смерть приняли от черниговского топора…

— Зри, князь, зри, как русич русича изводит, — раздался позади укоризненный голос.

Вздрогнул от неожиданности Мстислав, оглянулся. Узнал гридня.

— Не злобствую я, — вскинул брови Мстислав. — Скорблю, глядючи, к чему доводит княжья котора. Вишь, — обвел он рукой вокруг, — и я в том повинен.

И пошел, скорбно потупив голову. Ветер теребил его волосы, срывал корзно. Чувствуя, что гридин идет следом, Мстислав сказал:

— Ярослав в Новгород отправился, повезешь ему мое письмо, пускай ворочается в Киев, отступится от Чернигова. Довольно раздоров, довольно губить Русскую землю. Неужели не урядимся мы?..

В то же лето, собравшись у Городца, переделили братья Киевскую Русь: Ярославу землю по правую руку от Днепра, Мстиславу — по левую, да еще Тмутаракань с Белой Вежей.

В тот день сказал Мстислав: