Изабель: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Я редко вижу ее, раза два в год. Ты же знаешь, что ее мать снова вышла замуж и живет теперь под Лионом.

Альбер умолчал о том, что было хорошо известно Полю из весьма надежного источника. Его приятель, признав свое отцовство, спас любимую женщину от самоубийства. Вспомнив о том, что пережил друг, Поль подумал, что его история смахивает больше на комедию. Ему стало даже немного стыдно. Трудно судить о том, что хорошо, а что плохо. Его приятель был способен на отцовские чувства, а он полностью лишен их.

— Кстати, о том, что ты написал мне по поводу Изабель, — сказал Альбер. — Поскольку мне известны твои вкусы, то я вовсе не удивляюсь тому, что тебя потянуло на кровосмешение. Тебя привлекает опасность и хочется испытать что-то, до сих пор не изведанное.

— Ну, ты не попал в точку, — заявил Поль. — Я даже решил провести расследование, чтобы доказать Изабель, что мы с ней никак не родственники.

У него было такое чувство, что он лжет, но скорее не Альберу, а себе самому. Ему не нравилась сама мысль о том, что Изабель была дочерью неизвестного отца. Эта идея показалась ему лишь на мгновение привлекательной, поскольку давала какую-то надежду.

— Знаешь, — продолжил он, — здесь трудно что-нибудь понять. Для того чтобы избавиться от искушения, надо поддаться ему. Для меня ясно лишь одно, что в присутствии Изабель я впадаю в эйфорию. Безусловно, я могу и не заниматься с ней любовью. Но почему же тогда я ревную ее ко всем другим, с кем она может это делать? Мне все время хочется видеть ее, прикасаться к ней, находиться с ней рядом. К сожалению, это невозможно. Соня и слышать не хочет об этом. И вот в такую минуту душевного разлада я и написал тебе письмо. К тому же, с тех пор как я приехал в Париж, Изабель избегает меня. Да еще с каким проворством! Она скрывает что-то от меня. И поскольку она снова занята в театре, то, я думаю, нашла там какого-то хлыща.

Взволнованный рассказом своего приятеля, Альбер позабыл о собственной сердечной боли и поднялся с постели.

— Потрясающе! Ты же вылитый Арно!

— Какой еще Арно?

— Из «Школы женщин». Вот сейчас ты играешь эту пьесу. Только в твоей пьесе не будет счастливого конца. Все сведется к тому, что Изабель предпочтет своему старому и ревнивому папаше какого-нибудь двадцатилетнего сопляка.

— Я не чувствую себя стариком.

— Арно, как тебе известно, еще моложе тебя. Я не вижу другого выхода, как завоевать дружбу и доверие Изабель. Ты потеряешь ее в тот момент, когда она заведет себе дружка и не поделится с тобой этой новостью в первую очередь.

— Я предпочел бы, чтобы у нее никого не было.

Альбер лишь развел руками:

— Может, ты запретишь ей дышать?

Теперь он уже мерил шагами комнату.

— Как хорошо, что ты пришел. Когда видишь перед собой такого же неудачника, как сам, становится намного легче на душе. И уже спешишь вытянуть его из петли, которую он сам накинул себе на шею.

— Слишком много чести для меня, — произнес Поль. — Что же касается мыслей о самоубийстве, то я стараюсь их избегать. Всякий раз, когда мне везет в чем-то, я призываю на помощь свое воображение. И представляю что-либо ужасное, например, канистру с бензином. И потому в минуты истинного отчаяния меня никогда не посещают бредовые идеи. Так что этот вопрос исчерпан. Ты не мог бы одолжить мне рубашку? И трусы тоже. Я не хотел бы возвращаться в гостиницу. Боюсь, что могу там сразу же заснуть, а спать в это время суток считаю для себя неприличным.

Альбер открыл шкаф, положил на кровать стопку дорогих рубашек тончайшего полотна:

— Какого цвета?

— Белого. Ты разоришься на белье. Какая роскошь? Кто постирает мне?

— Ты можешь вернуть непостиранной.

Поль надел рубашку. Рукава были немного коротки, но воротник пришелся впору. «У каждого свои причуды, — подумал он. — Одни уходят в религию, другие увлекаются автомобилями, третьи помешались на сохранении шевелюры и дни напролет ухаживают за своими волосами. Альбер обожает дорогое белье. Кто может ответить, почему он придает этому такое большое значение?»

Он завязал галстук, поблагодарил своего друга и распрощался с ним, пообещав, что зайдет к нему перед отъездом в Прованс.

Ему вновь захотелось пройтись пешком. Улицы, где стройными рядами стояли фонари и деревья с голыми ветвями, наводили на него такую же тоску, что и тренировочные дорожки. В городе Поль предпочитал жилые кварталы, где на улицах было полно прохожих. Он не любил бродить по пустынным улицам. Остановив на ходу такси, он попросил отвезти его к собору святой Магдалины. Нет, он вовсе не собирался подцепить какую-нибудь девчонку. Боже сохрани! Он вошел в бар и заказал бокал вина. Вокруг ничто не изменилось с той поры, как он встречался здесь с Каролиной. Он почувствовал себя немного пристыженным. С возрастом человек становится моралистом. И все же он хорошо помнил, что в свое время тяготел к такого рода развлечениям. При воспоминании о своих давних любовных похождениях, которым он никогда не придавал значения, Поль почувствовал себя так, словно что-то потерял. Но что? Чистоту? Веру в Христа? Раньше он отмахнулся бы от такого вопроса. Но теперь он думал совсем по-другому. Возможно, все дело в его душевной усталости?

Взгляд Поля остановился на обнаженных коленках молодой девицы, сидевшей неподалеку от него на высоком табурете за стойкой бара. Он по привычке заглянул ей в лицо. Она была вовсе не дурна собой. Можно предположить, что и все остальное у нее было в порядке. Что бы это означало? Ему пришло на ум, что взору случайного прохожего каждый день представляется картина: незнакомая женщина, черты лица которой он еще не успел разглядеть, выходя из автомобиля, вызывает желание своей невольно приоткрывшейся наготой.

«Если я заговорю с этой девицей, наши отношения сведутся к проблеме времени. Она имеет товар и постарается продать его на самый короткий срок. Короче говоря, я отниму столь драгоценное для нее время. Таких клиентов, как я, в Париже пруд пруди». Он уже не раз был таким сомнительным клиентом. Болтун, который откладывает жесты на потом. И тут ему вспомнился смешной случай из юности. Как-то летом он оказался на дне оврага с одной хорошенькой девчонкой по имени Генриетта. Бедняжка уже сняла лифчик и трусики, а он все допытывался, любит она его или нет. Наконец, когда девушке удалось убедить его в своих нежных чувствах, он решился на то, что нельзя назвать словами, при этом сознавая всю нереальность происходящего.

Девица, сидевшая за стойкой бара, наконец, потеряв терпение, встала и вышла, крикнув бармену на прощание свое «Чао!». И тогда Поль кивнул головой ей вслед, но она уже этого не увидела. Ему хотелось смеяться. Сколько раз ему твердили о том, что современный мир принадлежит тем, кто раньше встает. Впрочем, он еще и не ложился. И вновь он мысленно вернулся в тот прекрасный августовский вечер из далекой юности. Он не мог сказать почему, но существовала некая аналогия между тем давним приключением с Генриеттой и интригой, затеянной им с Изабель. Он вовсе не жаждал того, что упало ему в руки вчера, ни того, что предлагалось ему сегодня. «Так чего же я все-таки хочу?»

На сцене не было никаких декораций. Они сидели вдвоем на простой садовой скамейке в парке. Парень склонился вперед, зажав между коленями сомкнутые кисти рук.

— А помнишь, какой дождь лил в тот день? Я долго-долго стоял перед дверью, не смея поднять голову, чтобы посмотреть на твои окна. Я боялся, что меня увидят. Я мог так стоять до утра, лишь бы только ты не заметила меня.