Голодные игры: Из пепла (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

- Твой Мелларк – трепло, - зло бросаю я.

- Ну – ну, поосторожнее на поворотах, детка! – ржёт Хэймитч. – Успокойся, твой муж никогда не обсуждает со мной интимные подробности вашей жизни. Их со мной обычно обсуждаешь ты сама.

- Чего?! – я вне себя от возмущения. Хэймитч откровенно забавляется.

- Про постель я сам понял. Я же не слепой. Уж больно Пит последнее время довольный ходит. Да и ты куда поспокойнее стала. На людей не бросаешься. И от его прикосновений больше не шарахаешься. Даже, когда он тебе на днях на кухне рукой по заднице провёл. Ты и не подумала его оттолкнуть.

Хэймит ржёт. А я готова провалиться от стыда. И когда он только заметить это успел?! Должна признать в его словах есть логика. В чём – в чём, а в наблюдательности этому пропоице не откажешь.

- Ну и что из этого? Он мой муж. Отец моих детей. Я должна с ним спать. Пусть уж лучше он удовлетворяет свои мужские потребности со мной, чем пойдёт искать бабу на стороне. В конце концов, у нас дети.

-  А ты, оказывается, можешь быть цинична, детка, - хмыкает Хэймитч. Меня дико раздражает его фамильярность, будто он имеет полное право разговаривать со мной в таком тоне! – Но ты всё равно его любишь, Солнышко. Хоть и отрицаешь. Просто не помнишь. Без любви, ты бы не подпустила Пита в свою постель и на пушечный выстрел. Скорее уж себе вены перегрызла. Поверь, я знаю тебя даже лучше, чем ты сама себя.

Слова Хэймитча задевают мою гордыню.

- Любовь – это чувства. Их нельзя забыть. Если я сейчас не люблю Мелларка, значит, никогда и не любила. Да и за что его любить?! Он всего лишь на всего простой пекарь! Да, он хороший человек, не спорю. Но не более.

На свою беду я не сразу замечаю, что Пит уже вернулся домой и тихо слушает наш с Хэймитчем разговор из коридора.

- Ты ошибаешься, детка. Сильно ошибаешься насчёт своего мужа, - тихо насмешливо говорит Хэймитч. – Ты совсем не знаешь Пита…

- Так расскажи мне о нём! – срываюсь я, чувствуя, что близка к цели.

Но Хэймитч не успевает ничего сказать, потому что в комнату заходит Пит.

- Нечего рассказывать, - с обидой в голосе обрывает он. – Китнисс права. Я обыкновенный ничем не примечательный пекарь. Мне жаль, что я каждый день разочаровываю тебя, Китнисс. И большое спасибо, что разрешаешь мне удовлетворять с помощью твоего тела мои мужские потребности. Извини, что я не такой яркий и брутальный, как твой Гейл. Но что поделаешь: не всем совершать революции. Кому-то надо и просто печь хлеб.

Пит поднимается наверх. Хэймитч переводи насмешливый взгляд с уходящего Пита на растерянную меня. Признаться, мне несколько не по себе от того, что я обидела мужа. Прошлась по его мужскому достоинству.

Дура! Буду впредь думать, прежде чем брякать гадости о собственном муже. Я ведь прекрасно понимаю, что соврала Хэймитчу. Я сплю с Питом не потому что ему, как мужчине, постоянно нужна женщина, а потому что… Стыдно признаться, но… я сама хочу своего мужа.

Хэймитч сверлит меня мрачным взглядом.

- Ты хочешь знать правду, детка? – переспрашивает он. – Так вот, правда в том, что… Хоть ты в лепёшку расшибись! Хоть век проживи, но ты всё равно никогда не будешь достойна этого парня.

Слова Хэймитча производят на меня эффект пощечины.

А ещё… эффект дэжавю.

Где-то я уже эти слова слышала…

========== 7. Что будем делать? ==========

- Тебе надо показаться врачу, - говорит мне Пит, после того как я в последний раз кормлю грудью Мэтью.

Нашему здоровячку уже почти два года. Его уже давно надо было отучать от груди, но я, признаться, не спешила с этим. Если честно, мне будет не хватать кормления. Но дальше уже тянуть нельзя. Сынишка растёт как на дрожжах. Он уже носится по всему дому за Прим, постоянно что-то радостно лопочет (знает несколько слов), а ещё имеет привычку «перекусывать» мамой в самых неожиданных местах. Например, когда я сижу в кухне, чищу картошку и разговариваю с Питом. Толстячок запросто может подойти ко мне, забраться на колени, как ни в чём не бывало, достать при своём отце мою грудь и, с аппетитом причмокивая, «перекусить» молоком.

Этой спонтанностью Мэтью похож на своего папочку, который тоже периодически берёт меня в самых неожиданных местах и в самое неожиданное время (правда, это дело у нас во многом обусловлено тем, что из-за детей мы вынуждены урывать моменты, чтобы побыть вдвоём). Да, любви у меня к мужу по прежнему нет, но зато есть острое желание, которое с каждым днём становится лишь сильнее. Не могу объяснить это, но, если Пит не прикасается ко мне больше, чем пару дней, я начинаю нервничать и уже всерьёз подумываю, чтобы прямым текстом намекнуть мужу, что я, вообще-то, скучаю… Должно быть это и есть та самая «тактильная память», о которой говорил доктор Аврелий. Привычка, сложившаяся за годы замужества. Не знаю. Но в любом случае, именно наша полная совместимость с Питом в постели и спасает, на мой взгляд, этот странный брак.

Однако вся эта наша временная супружеская идиллия рушится, после того, как Пит отправляет меня к врачу.

- Ты хотела после того, как закончишь кормить грудью, сходить к доктору Роуз, чтобы она «перевязала» тебе маточные трубы, - говорит муж.

Он пытается сделать вид, что сообщает мне о пустяковой вещи, но я замечаю, что эти слова Питу даются с большим трудом.

- Зачем?

Мелларк расстроено вздыхает. Похоже, будь его воля, он предпочёл бы вообще смолчать. Но всё же, по какой-то одному ему ведомой причине, муж решает быть честным со мной.