Голодные игры: Из пепла (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я отвечаю не сразу. Словно завороженная в наглую любуюсь его красивым рельефным телом. Нежно целую его шрамы. Затем смотрю Питу глаза. Замечаю, что его небесно-голубой взгляд затуманен любовью, страстью, желанием... и голодом. Голодом по мне, который Пит из последних сил сдерживает. Ради меня. Ловлю себя на мысли, что в День рождения Пита в гостинной у него был точно такой же взгляд.

- Да, - выдыхаю я, и Пит тут же обрушивается со сводящими меня с ума с поцелуями.

На самом деле, я ни в чём не уверена, хотя бы уже потому что имею очень смутное представление о том, что собирается со мной этой ночью сделать Пит. Впрочем, не важно... Я люблю его. Я доверяю моему мальчику с хлебом. Я верю в то, что, чтобы он не сделал сегодня в этой постели со мной - всё будет правильно.

Я целую Пита, чтобы наконец-то насытиться его любовью, но почему-то голод от этого лишь усиливается. Моё тело, как и мой разум окончательно выходят из-под контроля. Я не сразу понимаю, что делает Пит. Сначала он развязывает тесёмки моей фланелевой ночной рубашки а затем...

- Подними руки, Китнисс.

Выполняю его просьбу прежде, чем додумываюсь спросить "зачем?". Уже в следующее мгновение моя ночнушка оказывается на полу. Я едва успеваю стыдливо прикрыть рукой обнаженные груди, как снова оказываюсь под Питом. Невольно замечаю - какой же он у меня всё-таки тяжёлый. Интересно, он мне сегодня никакие кости не раздавит?

Пит не торопит меня. Он даже не просит убрать руки от груди. Просто целует и ласкает мою шею, мой живот, мои ноги... В какой-то момент инстинкт мне подсказывает, что уж пусть он лучше ласкает мою грудь, и при этом будет подальше от ног. И я убираю руки. А дальше... Дальше я до сих пор краснею, вспоминая, что со мной делал Пит.

У меня окончательно перехватывает дыхание, когда я понимаю, что его руки, поглаживающие мои бёдра "по пути" прихватывают и моё бельё, которое тут же летит к ночнушке на пол. Но это уже не важно. Потому что я вся горю. Горю от голода по Питу. Внизу живота у меня такая сильная ноющая боль, что я почти готова кричать. С каждым прикосновением Пита ко мне эта боль лишь усиливается. Она обжигает меня изнутри. Единственное, что я отчётливо понимаю в этот момент: только Пит может унять эту боль. Всё, чего я хочу – быть одним целым с ним. Я сама, зажмурив глаза, стягиваю с Пита последнюю одежду.

Пит снова надо мной. На этот раз полностью обнажённый.

- Раздвинь ноги, любимая, - шепчет Пит и я подчиняюсь.

И это происходит. Резкая боль. Вскрик. Испуг. Момент отрезвления и осознания, что назад пути уже нет. И в то же время чёткое понимание того, что всё это было уже давно предопределено. Рано или поздно это должно было случиться. Потому что сейчас, когда Пит во мне, я понимаю, что могла принадлежать только ему. Он – мой мужчина.

Пит и никто другой.

- Всё хорошо. Всё хорошо, - судорожно шепчу я, замечая обеспокоенность в его голубых глазах. - Не останавливайся...

Пит подчиняется. А дальше я начинаю сходить с ума. Первоначальная боль отступает и сжигающий изнутри голод вновь лавиной обрушивается на меня. Страсть окончательно затмевает разум. Дикая, животная, заставляющая меня полностью раствориться в Пите. Не выдерживаю, мои стоны смешиваются с криком. Впиваюсь ногтями ему в спину. Завтра точно весь расцарапанный будет! Я позволяю Питу делать со мной абсолютно всё, что он хочет, потому что понимаю, что этого хочу я сама. Мы засыпаем лишь под утро с ощущением полного счастья. Наши руки и ноги переплетены. Закрывая глаза, я предвкушаю незабываемое утро.

***

О, да! Утро действительно выдаётся незабываемым! Начать можно с того, что всё моё тело болит так, словно по мне прошёлся бронепоезд. Впрочем, это сравнение не далеко от истины. Пит тяжёлый и сильный, так что ещё удивительно, что после того, что происходило в нашей постели ночью, мои кости вообще остались целы. Между ног сильно саднит. Я даже не уверена, что смогу сегодня сидеть. По-моему, темпераментный Пит слегка перестарался. И при всём при этом я чувствую такую приятную истому...

Сначала на моём лице блуждает глупая счастливая улыбка. Затем я вспоминаю детали прошлой ночи и заливаюсь краской так, что прячусь с головой под одеяло. Да я а шоке от того, что проделывал со мной ночью Пит! Впрочем, я и сама хороша! Под конец совсем осмелела!

Наивная, думаю, что ничего более "постыдного" в моей жизни уже не случится. Почти сразу понимаю, что сильно заблуждаюсь на этот счёт.

- С добрым утром, любимая, - шепчет счастливый проснувшийся Пит.

От одного его прикосновения у меня по телу моментально разливается огонь.

Однако сказать в ответ "Доброе утро, любимый" я не успеваю, потому что вдруг понимаю, что распалённый Пит уже во мне. Даже опомниться толком не дал! Но что ещё хуже - он забрал у нас одеяло! И это при свете-то дня! Хотя, если честно, я совсем не прочь просыпаться так каждое утро...

Из постели ближе к полудню нас вытаскивает голод. На этот раз самый обыкновенный. Очень хочется есть! Я первая иду в душ, предварительно надев его футболку (я ещё только голой перед самодовольным им не дефилировала – не дождётся, хватит с него нашего утреннего "представления"!) не позволяя Питу последовать за собой. Однако успеваю заметить, что Пит с весьма довольным видом смотрит на небольшое кровавое пятно на простыне. Чувствую, что краснею, торопливо скрываюсь.

Ночь – ночью. Но как теперь после всего случившегося смотреть Питу в глаза днём? Чувствую, что постоянно смущаюсь и краснею. В отличие от Пита, которые даже не пытается скрыть, что безумно счастлив и будь его воля, он вообще бы не выпускал меня из своих объятий и постоянно целовал.

- Я люблю тебя, Китнисс, люблю.

Впрочем, я знаю это и без его слов.

Мы завтракаем. Пит что-то весело рассказывает, но я его почти не слышу. До меня только сейчас начинает доходить смысл слов Хэймитча, относительно железо-бетонной выдержки Пита. Если ему, каждую ночь, которую мы провели вместе с одной постели, постоянно хотелось сделать со мной это… Ну, то что было этой ночью, то…

Хэймитч абсолютно прав! Бедный Пит! С его-то темпераментом! Вот это выдержка!

Мне становится реально жалко парня. Видимо, придётся навёрстывать упущенное. Пит явно не против этого. Пока мы моем посуду, Пит умудряется меня раз пять поцеловать. Неизвестно (точнее известно), чем бы всё это мытьё посуды закончилось прямо на кухне, но Пит внезапно смотрит на настенные часы.

- Любимая, прости, но мне пора бежать.

- Куда?! – моему возмущению нет предела!