Федор Волков: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Федор в первую минуту не заметил Тани. Она стояла в полутьме зала, прижавшись лбом к оконному стеклу. Услышав шаги Федора, обернулась. Вздрогнула, как показалось ему.

Поспешно подбежала мадам Любесталь.

— О, ви ешшо не видель наш уютни сэн, мосье Теодор. Я желяй вам показивать. Но там темно есть.

Энергично схватила тяжелый канделябр. Федор перехватил его.

— Позвольте, мадам, сие сделаю я. Вам непосильна тяжесть сия.

— Немножко.

Высоко подняв светильник, все трое, под предводительством француженки, стали пробираться по темным коридорам к сцене.

Бегло осмотрели ее. Спустились вниз, в прилегающую к сцене небольшую уютную комнатку.

— Здесь должно отдихать, — сказала мадам, опускаясь в кресла. — Правда, здесь отшинь миль? Полёжить канделябр на консоль. Приглашай вас отдихать. Prenez place.[30] Садить пожальст.

Федор и Таня молча сели, близко друг от друга.

— Ой, какой я есть! Вечни забиваль! — порывисто вскочила француженка. — Pardon monsieur…[31]

В одно мгновенье исчезла из комнаты, шумно хлопнув дверью.

Оставшиеся вдвоем, Федор и Таня неловко молчали. Таня сидела, низко опустив голову. Федор покусывал губы и подыскивал, с чего бы начать. Все слова, как назло, потеряли свое значение.

Таня была бледна. Она медленно подняла на Волкова страдающие и вместе с тем виноватые глаза.

— Что вы скажете мне? — тихо, еле шевеля губами, произнесла она.

— Ничего, кроме отменно хорошего, — ответил Федор.

По неподвижному взору девушки нельзя было заключить, поняла ли она смысл его ответа. Глаза, как и тогда, медленно наполнились слезами.

— Как я страдала!.. — так же тихо, без всякого выражения, произнесла девушка.

Закрыла глаза. Из-под вздрагивающих ресниц сбегали одна за другой крупные слезы.

— Но ведь сейчас-то все осталось позади, Татьяна Михайловна, — любовно и нежно проговорил Федор.

Девушка, не открывая глаза, медленно покачала головой.

— Такое не может остаться позади. Оно — здесь, — Таня положила руку на грудь, — на всю жизнь здесь… Впереди предвижу то же…

— Но почему же? Почему, ежели все устроилось? — искренно недоумевал Федор.

Девушка открыла глаза и посмотрела на него долгим, испытующим взглядом.

— Почему? Вы хотите знать, почему? Потому, что сердца разные чувствуют по-разному. Не в нашей воле повелеть им чувствовать по-иному… И еще… препятствия почитаю непреодолимыми…

Федор не знал, что ответить.

Таня положила свою холодную, как лед, руку на его руку и сказала с мольбой:

— Утешьте меня… Уговорите… Я так страдаю… И не отгоняйте меня…

Ее душили слезы. Она делала заметные усилия, чтобы не разрыдаться громко.

Федор весь дрожал от бесконечной жалости к этому так незаслуженно и бесцельно страдающему ребенку. Ему хотелось приласкать ее, обнадежить, утешить, заключить в объятия, заставить забыть ненужные муки. Хотелось зажечь ее радостью жизни, окрылить надеждами на светлое будущее. Хотелось вселить в нее уверенность в его искренности, в его бесконечном обожании, в чувстве его к ней, быть может, не менее глубоком и надежном, но проявляющемся по-иному. Хотелось обратить ее внимание на порядочность, чистоту и честность его намерений.

[30] Присядьте.

[31] Простите, сударь.