Ее затуманенные глаза осмотрели пейзаж, ища ориентир, который мог бы объяснить, где она была. Она успокоилась, они были на открытой местности без признаков похитителей. Но это также означало, что они были сами по себе, и если Фитц не придет...
Фитц, здесь есть дерево. На одной его части - зеленые листья, на другой - цветы, и еще на одной - снег. Оно огромное. Если ты знаешь, где оно, поспеши.
Она спроектировала ему изображение.
Я так устала. Пожалуйста, помоги нам. У нас немного времени осталось.
Она не могла видеть Декса, но могла слышать его затрудненное дыхание. Она задумалась, сколько еще он мог продержаться. Достаточно долго, чтобы кто-нибудь нашел его?
Легкий ветерок проникал в нее, и она не могла больше сопротивляться.
Мне так жаль, Декс, передала она, не уверенная был ли он в сознании. Прости, что я не достаточно сильна, чтобы спасти себя.
Тепло прошло через ее ум, и она опустилась в него, в мир слепящих, радужных искр. Никаких волнений или забот. Всего в шаге от воздуха и свободы.
Слабый звук дернул ее обратно в действительность.
Устойчивый стук приближался.
Шаги!
Кто-то шел.
Так или иначе, ей удалось открыть глаза. Мир был расплывчатым, но она видела, как ноги приближались к ней. Три пары ног, в темной одежде.
Нет!
Она не позволит похитителям снова поймать ее.
Она не вернется в то темное, ужасное место.
Прости, что не смогла дождаться тебя, Фитц. Я пыталась. Потом она выпустила последний кусочек реальности и позволила ослепительному свету забрать ее.
Глава 47
Софи плыла по теплу. Время, пространство, жизнь... они не имели значения в яркости. Но она была в покое, спокойнее, чем когда-либо. Если это была смерть, она не была настолько плохой.
Призрак звука переплетался с искрами, цветом и жаром. Она попыталась проигнорировать его, но шум продолжился, и он казался знакомым. Одно слово много раз.
Софи.
Осознание потянуло ее прочь от света, и она боролась против того, чтобы оставить свободу. Она не хотела возвращаться к темноте.
Но она не могла не обращать внимания на голос.
Софи. Софи, ты меня слышишь? Софи.
Свет стал бирюзовым и заискрился как драгоценный камень всеми цветами вокруг нее. Голос был мягким, но все еще ломким, будто у него был акцент, который она не могла понять...
Фитц!
Радужный мир потерял свою привлекательность. С приливом вновь обретенной силы, она объединила оставшуюся унцию концентрации и обернула ее вокруг звук его голоса, давая ей вытащить ее обратно в реальность. Она ахнула, когда боль ударила в голову так сильно, что она почувствовала, как ее разум треснул, и тысячи различных болей разошлись осколками по ее телу.
Она попыталась пошевелиться, но едва смогла вздрогнуть. Что-то сильное и теплое обернулось вокруг нее.
- Софи, - снова сказал Фитц, четче на сей раз, прямо рядом с ней. - Софи, ты меня слышишь? Сожми мою руку, если можешь меня слышать.
У нее не было сил, чтобы сжать руку, но ее ум был сильнее тела.