Спой мне колыбельную (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не против, если я поведу?

И тут я немею. Гигантская девочка и по-гномьему милый, маленький Скотт. Я отпускаю его руку и иду вперед, опустив голову вниз, снова уходя в себя. Мои плечи приходят в их обычное положение — сутулятся.

Скотт спешит догнать меня.

— Я хочу знать, — он хватает меня за локоть, заставляя остановиться, — если я тебя поцелую, когда музыка остановится, — он становиться на носочки и шепчет мне на ухо, — станешь ли ты моей прекрасной принцессой?

Я фыркаю.

— Мечтай! Никакая магия не сможет нам помочь. — Я отступаю и поглубже прячусь в свой капюшон чудовища.

Скотт улыбается.

— Я был бы не против поэкспериментировать.

Мне не нравится, когда он так делает.

— Ты не хочешь потратить свой первый поцелуй на меня. Ты мог бы поразить половину достойно выглядящих новичков и легко разделаться с этим. — Я направляюсь в класс. — Взгляни в зеркало.

Он догоняет меня, хмурясь.

— Как бы я хотел, чтобы ты преодолела все эти предрассудки о внешности.

Я неодобрительно смотрю на него.

— Скотт, посмотри на меня! — Я отвожу свои волосы от лица обеими руками достаточно долго, чтобы он увидел мой пугающий взгляд. — Как я могу преодолеть эти предрассудки? Я — Чудовище.

— Если ты веришь в это, значит, они победили.

— Очнись и оглянись вокруг! — Я складываю руки на груди, стараясь контролировать эмоции, бьющие из меня ключом. — Они давным-давно победили.

Глава 2. Уродина «в голосе»

Скотта нет в хоровом классе. Я ищу его после школы, но безуспешно. У меня репетиция в Блисс в Энн-Арбор, поэтому я не могу мешкать. Хотя мне нужно поговорить с ним. Я знаю, что он старается быть милым, но сказанная им ерунда о поцелуях и танцах причиняет больше боли, чем ярко-зеленая надпись «Чудовище» на капоте моего ярко-оранжевого форда.

Я хочу, чтобы меня поцеловали также сильно, как любая семнадцатилетняя девочка. Просто дух уродства дал мне свою дозу гормонов. Так с чего мне вообще думать об этом? Когда мне будет сорок, какой-нибудь слепой лысый парень может влюбиться в меня. К тому времени моё зрение будет ужасным настолько, что у нас даже будет что-то общее, чтобы строить наши отношения дальше. Я слишком отвратительна для зрячего. Я где-то читала, что у женщины пик сексуальности наступает в тридцать восемь лет, так что думаю это должно сработать. Мы сможем пожениться, и у нас родятся уродливые слепые дети. Мне даже будет плевать, если он толстый.

Я люблю детей. Жаль, что моя мама не вышла замуж еще раз. Иногда я думаю, любит ли она все еще моего отца после всей этой боли? Единственное, что досталось ей от всего этого — я. Никаких утешительных призов. Сестренка, за которой нужно было бы приглядывать… Это было бы круто. Летом я работаю в библиотеке — тысячи малышей и измотанных мам. Я старалась помочь со своими скудными умениями пару раз, но малыши пугались меня. В общем, слепые дети, это было бы весьма не плохо.

Я могла бы найти высшую школу для слепых и замутить там с кем-нибудь. Или я просто пойду домой, слопаю сэндвич и отправлюсь в дорогу, чтобы не опоздать на репетицию.

В эти дни я вожу машину сама. Мама всегда ненавидела вождение, это вынуждало ее каждый вторник покидать рабочее место раньше. Это было выполнимо, когда Блисс проводил репетиции раз в неделю, но прошлой осенью, Терри, наш директор, решила, что хочет попробовать подготовить нас к Олимпиаде хоров и объявила, что теперь репетиции проводятся два раза в неделю. Мама решила, что мои водительские навыки превосходны и купила мне старенький форд, так что я могу водить сама. По крайней мере, оранжевый цвет не выцвел, а стал только ярче. Выглядит как мертвая тыква. Прекрасное дополнение, вроде как моя сводная сестра-урод. Я назвала ее Джанет — прелестно и мило настолько, что ее чувства сложно будет задеть. Страдание составляет компанию любви. Посмотрите хотя бы на меня и Скотта.

Мокрый снег догоняет меня всю дорогу через Детройт. Я опаздываю. Ненавижу мартовскую погоду. Весна в это время мрачная, холодная и ненастная. Серые грязные сугробы, держащиеся за жизнь так долго, как могут. Мокрый снег и лед вместо чистоты белого зимнего снега.

Сегодня на дорогах ужасные пробки и Джанет слаба. Все подрезают нас. Я никогда бы не посмела сделать такое. Это Детройт. Может я и невероятно страшная, но все же хочу жить и спеть свою следующую песню.

Я, в конце концов, делаю выбор в пользу свободной от пробок дороги и приближаюсь к тихому Энн-Арбор, высококлассному университетскому городку, дремавшему на берегу ручья. Каменная церковь, в которой мы поем, такая же старая, как и этот городок. Я быстро проскакиваю в святилище, чтобы не замерзнуть.

Хотя в этом нет никакой проблемы. Мне уже жарко. Я пела песни, которые мы репетируем, всю дорогу. Горлопанила так, чтобы от зубов отскакивали. Все подряд. Я записала все, кроме моего альта. Мне нравится соло/сопрано в проповеди, которую мы будем петь на пробах Олимпиады хоров. Она называется «Забери меня домой». Я вырубаю умирающий CD-проигрыватель Джанет до того, как зазвучит соло. В своей машине я была суперзвездой.

Мне нравится, когда нам приходится петь проповеди. Ни один из нас в Блисс не чист настолько, чтобы петь классические религиозные песнопения. Мы все умоляем Терри взять что-то Бродвейское. Это лучшее, что можно спеть. Большинство девочек клянчат у Терри глупые попсовые композиции, от которых она отнекивается, чтобы не разочаровывать аудиторию. Признаю, у меня есть любимые песни современных звезд эстрады, скаченные на iPod, а у кого их нет? Но когда я выступаю, я хочу чего-то большего. Мне хочется, чтобы музыка имела сердце и душу, отчаяние и радость, что-то значимое, ради всего святого! Так непросто найти что-то, что имеет значение.

Терри, кажется, ополоумела со всем, что касается Олимпиады хоров. Вряд ли мы получим приглашение. Мы избрали нелегкий путь, когда сделали именно эту запись для нашего прослушивания. «Забери меня домой» — сложная задача. Даже для альта невероятно спеть всю эту великую ерундистику о прекрасной, прекрасной реке Иордан. Эта сложная кульминация для всех поющих что-то вроде испытания. Праздник и горе в одно и тоже время. Здорово, одним словом… Но Мэдоу, наша сопрано-солист, задыхается. Она брала уроки пения всю свою жизнь, что сделало ее голос хриплым и попсовым. Но «Забери меня домой» требует сильного вокала. И эмоций. Терри изо всех сил старается направить Мэдоу именно в этом направлении, дубль за дублем, пока мы не станем злыми и окончательно измотанными. Мэдоу как-то расплакалась, а потом просто исчезла. Терри была вынуждена соединить пару голосов вместе, чтобы отправить запись в комитет.

Олимпиада хоров в Лозанне, в Швейцарии в июле. Терри продолжает собирать фотографии Альп, озер, замков и швейцарских домиков, утопающих в красных цветах герани, и штурмовать веб-сайты. Будет невероятным провалом, когда мы узнаем, наконец, новости. Мы должны получить весточку со дня на день. Мы также подавали заявку в Ванкувер, Канада. Туда легче попасть. Лучше, чем ничего.

Но Швейцария нам не светит.