— По этой причине мы и собрались здесь, — уклончиво ответил Эшнев. — Давайте дождемся Бен Эзру. Он объявился после двухмесячного молчания и созвал это совещание.
В голосе Харриса прозвучало некоторое пренебрежение:
— И старик провернул это вот так запросто?
— Да не совсем запросто. Сперва ему надо было убедить Даяна в том, что у него есть достаточно серьезный повод. Даяну пришлось идти на поклон к премьер-министру. Это ведь она дала согласие на сегодняшнюю встречу.
— Вы не думаете, что, проявив подобную настойчивость, он мог хотя бы явиться вовремя, — заметил Харрис.
— Он старый человек, — примирительно заговорил Эшнев. — И он упорно пользуется своей собственной машиной, стареньким «фольксвагеном», который на ходу рассыпается. Если бы я не замолвил слово, уверен, что его здесь не пустили даже на паркинг. — Телефон перед ним запищал. Он взял трубку, выслушал, положил на место. — Джентльмены, генерал прибыл.
Электронная дверь беззвучно раскрылась, и все дружно повернулись туда. Стоявший у входа человек был высокого роста, более шести футов, и одет в пропыленный, иссеченный песком бедуинский бурнус. Седые волосы и густая борода, морщинистое, черненное солнцем лицо делали его более похожим на араба, чем на еврея. Единственно, его поразительные, темно-синие глаза отрицали арабское происхождение. Походка его была тверда и горделива, когда он подходил к генералу Эшневу. Голос сухой и жесткий, словно бы источенный временем и песком пустыни.
— Лев! — произнес он, протягивая руку.
— Генерал! — отозвался Лев Эшнев вставая. Они пожали друг другу руки. — Джентльмены, разрешите представить вам генерала Бен Эзру. — Затем он поочередно представил всех генералу, начав справа от старика.
Бен Эзра каждому смотрел прямо в глаза и повторял свое имя. Когда с представлением было покончено, все сели на свои места.
Эшнев повернулся к старику:
— Это ваше совещание, генерал.
— Благодарю. — Старик говорил по-английски без акцента. — Я полагаю, вас всех поставили в известность об усилении египтян на линии Суэцкого канала и сирийцев на Голанских Высотах. И также я полагаю, вам известно о новых поставках вооружения, более крупных, чем когда-либо ранее, из России и Китая. Я полагаю, вы понимаете, что если поставки будут продолжаться в тех же размерах, вскоре будет достигнут военный паритет, и ударный потенциал их сил, вероятно, превзойдет наш за очень короткое время.
— Это верно, — сказал генерал Эшнев. — Нам все это известно.
— Я уверен, что вы также знаете о мощном пополнении северо-корейских летчиков на истребителях и бомбардировщиках.
— Да, — сказал Эшнев. — Но мы также знаем о мощной критике, которой подвергается Садат со стороны умеренных политических кругов страны по поводу влияния на него русских.
Бен Эзра кивнул:
— Но мы не можем допустить, чтобы это убаюкало нас до ложного ощущения безопасности. Они впервые создают боеспособную военную машину. А такие вещи не делаются без намерения ее использовать.
— Да, — сказал Эшнев. — Но пройдет не менее полутора лет, прежде чем они будут готовы.
— Нет, — возразил Бен Эзра. — Они уже готовы. Они могут нанести удар в любой момент.
— Так чего же они выжидают? — тон Эшнева был вежливым, но в нем присутствовала нотка нетерпения. — До сих пор вы не сообщили нам ничего такого, чего бы мы не знали.
Бен Эзра оставался невозмутим.
— На сей раз мы не можем дать оценку их намерениям в чисто военном плане. Другие факторы помимо военных играют роль в их замыслах. Они проникают в западный мир через капиталовложения. Вдобавок используют нефтедобывающие страны как силу, которую можно применить для ослабления поддержки, получаемой нами от технологических стран. Удар они нанесут не раньше, чем осуществятся эти их планы.
— Вы располагаете специальной информацией на этот счет? — спросил Эшнев.
— Нет. Я располагаю лишь теми сведениями, что собрал сам за время моих скитаний. В Синае ходят слухи о том, что федайны усиливают нажим на умеренных. Они выбирают для себя объекты среди арабов — хотят заставить богатых нефтедобытчиков сотрудничать с ними.
— Конкретные данные по этому вопросу?
Старик покачал головой.
— Вот потому я и просил устроить это совещание. — Он посмотрел через стол на американцев. — Я думал, что наши деловые друзья кое-что знают об этом нажиме.
Харрис посмотрел на своих компаньонов:
— Я бы и рад знать, — сказал он. — Но нам действительно ничего не известно.