Never (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

«Он не будет твоим, Эллисон Арджент. Если он не будет моим, не будет ничьим… Мой, только мой»...

- Что тут у вас? Эллисон?

Веселый голос от дверей обдает ледяным ужасом, сердце ныряет куда-то в пятки, подпрыгивает к горлу и колотится в груди так яростно, словно вот-вот проломит ребра. Айзек, не надо… Она не думает ни секунды, потому что в лице Уиттмора – предупреждение и угроза одновременно. Эллисон наклоняется, прижимаясь ртом к его твердым, надменным губам, обхватывает ладошками за ягодицы, притягивая ближе…

- Эллисон? Боже…

Она не слышит, чего в этом выдохе больше – изумления или обиды. Не слышит, потому что слезы клокочут в горле, и голос доносится, как из-под воды… Где-то вдалеке хлопает дверь, и шаги затихают в глубине коридора. И Джексон припечатывает к стене своим телом, размыкает языком ее губы…

====== 12. Питер/Айзек/Джексон ======

Комментарий к 12. Питер/Айзек/Джексон Айзек/Питер, Айзек/Джексон

https://pp.vk.me/c629224/v629224352/e373/Sfs0OQ2xXRE.jpg

- Слушай, волчонок, у меня не ночлежка здесь так-то.

Хейл хочет казаться равнодушным и грубым, угрожающим даже. Но получается как-то херово, потому что в небесно-голубых глазах – ни тени страха. Лейхи лишь облизывает свои невозможно-розовые губы и сбрасывает с плеч вещь-мешок.

- Я на пару дней, Питер.

И теребит пальцами ворот шерстяного свитера, распахнутого на груди. Там кожа гладкая – без единой складочки, и Хейл с усилием отворачивается, хотя буйная фантазия разыгралась вовсю, и он уже чувствует на языке капельки виски, которые мог бы слизывать из этой ямки под шеей, вцепившись пальцами в кудряшки на его голове. Интересно, жесткие у Лейхи волосы, или мягкие, как у девчонки? Питер ставил бы на последнее.

К черту, он проверит это еще до исхода ночи…

- Можешь бросить спальник в углу. Не люблю, когда от моего дивана воняет псиной.

А глаза голубые-голубые, доверчивые, как у ребенка. И что это? Благодарность? Улыбка до ушей и язык, что беспрестанно смачивает и без того влажные губы. Розовый, мягкий… И зубы белые, как из рекламы жвачки или зубной пасты.

- Ну, я же не дворняга бездомная, Питер. Прояви гостеприимство.

- Спасибо скажи, что не выставил пинком за дверь и копов не вызвал.

Хотя, что ему копы – клыкастому и борзому. Беты у племянника как на подбор – бесстрашные, сильные, наглые… свеженькие.

- Спасибо, – блондин улыбается, а у Питера кончики пальцев немеют от желания. – Так, можно мне лечь на диване? Вид из окна у тебя потрясающий.

Хейл оборачивается, словно впервые видит и окно во всю стену и панораму города, сияющего мириадами огней и рекламный вывесок.

- Что в Чикаго-то забыл? Альфу блудного ищешь? Зря стараешься, он со своим… кхм… подопечным сейчас где-то у моря.

- Ты читаешь инстаграм Стилински? – Айзек не удивляется, прыскает в кулак и по уши зарывается в свой бездонный мешок. Пижамку на ночь выискивает, быть может?

- Может быть, выпьем? Давно не виделись все же…

Выуживает бутылку вполне сносного бренди, и Питер даже не кривится, доставая бокалы. Почему бы и нет?

Алкоголь согревает кровь, волчонок весело тарахтит про жизнь в Бейкон Хиллс, про нового бету Скотта и проблемы с самоконтролем у Киры, про чудо-способности помощника шерифа (Пэрриш какой-то) и Лидию, перерывшую весь бестиарий в поисках ответа – что за псевдо-феникс объявился в городе.

Они добавляют понемножку аконита в каждую порцию, и голова начинает кружиться, а самоконтроль улетучивается к херам.

Питер и сам не понимает, как тянется к пацану и сгребает золотистые кудряшки в горсть, опрокидывает на себя. Губы к губам. Ваниль и кокосовая стружка. Как пошло, думает Хейл, слизывая сладость с языка парнишки. А Айзек, как мягкий пластилин в его руках – послушный, податливый. Обхватывает губу Питера своими губами, посасывает, заставляя оборотня гортанно рычать.

Питер и сам не понимает, как Айзек стягивает с него кофту и тянется губами к шее, ключицам, оставляя лиловые метки, что почти сразу начинают тускнеть.

Питер и сам не понимает, как оказывается в спальне, вминая пацана в подушки лицом, выпускает когти, проводит самыми кончиками вдоль позвоночника… Не удержавшись, целует шею и плечи… Сладкий, слишком уж сладкий… И вкус кокоса остается на языке.

Перед тем, как сознание отключается, мелькает сумасшедшая мысль – почему Лейхи говорит про Бейкон Хиллс, если уже два года, как он уехал во Францию с Арджентом… Додумать Питер не успевает, тьма шарахает битой по затылку, отправляя в нокаут.