Здесь-то и коренятся основы политико-правовых воззрений К. Шмитта и основы его методологии — секуляризации понятийного аппарата теологии. Нельзя сказать, что он так уж нуждался в абсолютной, квазибожественной инстанции для ценностной легитимации политического решения. Напротив, мыслитель приписывает абсолютную ценность самому этому решению: ведь в Dezision проявляется субстанциальное единство, и именно в этом, по К. Шмитту, vox populi — vox Dei. Но поскольку, с одной стороны, в современном плюралистическом обществе — по определению — нет консенсуса относительно «последних вопросов», а с другой — понятия «абсолютная истина», «абсолютная ценность» принадлежат религиозному мышлению, — то он берет их «напрокат» из теологии, чтобы использовать в своих целях.