— Мой велосипед в полном порядке.
— Прям в полном-полном?
— Да.
— Разве тебе не хочется избавиться от всей этой ржавчины и покрасить эти… железные трубы?
— Если вы ищете предлог, чтобы затащить меня в мастерскую, вы зря теряете время.
С этими словами Грета оседлала велосипед, попрощалась и полетела как можно дальше от школы.
Она не хотела признаваться самой себе, но при одной лишь мысли снова увидеть Ансельмо у нее начинало бешено стучать сердце, как в конце слишком опасного спуска. И ей это ощущение совсем не нравилось.
— Твой план не сработал, — прокомментировала Лючия.
Молчание.
— Что будем делать?
Снова молчание.
— Эмма?
— М-м-м-м?
— Что будем делать?
Эмма долго и пристально смотрела на подругу.
— У тебя ведь есть брат, да?
— У меня их два, но при чем тут это?
— Один из них работает в дорожной полиции, да?
— Да, но…
— Думаешь, его можно попросить о небольшом одолжении?
— Я… ну конечно.
— Тогда звони ему.
Сидя на протертом диване, Ансельмо изучал рисунок вен на своих запястьях. Одну руку он держал на коленях, другой водил по тонким синим линиям под кожей. Потом сдавил два пальца и прислушался к пульсации крови в подушечках. Что произошло вчера? Откуда взялась эта пустота, вдруг лишившая его дыхания? Куда оно подевалось? Он увидел, как зеленые глаза сердитой девочки раскрылись, будто только что появившиеся из почек листья, и ее взгляд сотворил пространство, которого прежде не было и из которого ее глаза продолжали задавать ему вопросы. Он махнул рукой, пытаясь освободиться от этого зеленого цвета, от пустоты и всех этих вопросов. Напрасные усилия. Все осталось на своих местах. Ничто никуда не ушло.
— В эфире Spiegel im Spiegel, «Зеркало в зеркале» Арво Пярта, — объявил грустный голос из радиоприемника.
Короткие звуки фортепьяно закапали с потолка под скрежещущий звук скрипки. Каждая капля — зеркало. Во всех зеркалах — ее отражение.
— Ханс? Ты жив?
Шагалыч провел кисточкой по носу друга, погруженного в водоворот своих мыслей. Он настаивал на этом имени: Ханс. И произносил его на немецкий манер, с сильным придыханием в начале слова.
— Скажи честно, задумался над очередным ненужным вопросом, типа про капучино в пластиковом стаканчике?..
Ансельмо улыбнулся, тихо покачав головой и ничего не ответив. В общем, друг был недалек от истины.
— Ох, зря ты сидишь целый день на Клоповнике. Клоповник наводит на грустные мысли!