— Все хорошо! Сегодня такое солнце!
Подруга подняла вверх большой палец в знак одобрения.
— Да, здесь тоже солнечно.
— Где «здесь»? Ты не в Риме?
Мысленные аплодисменты. «Отличный ход, darling!» — все так же молча одобрила Эмма.
— Я в Милане, — спокойно ответил Ансельмо, — мы уехали сегодня утром. Нам с отцом надо навестить одного друга. Велосипедиста.
Грета успокоилась. У правды есть такое свойство: успокаивать.
— Здорово! Удачной поездки!
Молодец. Теперь надо было ходить с туза.
— Записка, — шепотом напомнила Эмма.
— Я хотела тебе сказать, что получила… кассету, — ослушалась Грета, — мы сегодня пойдем к одному приятелю, он поможет нам с ней разобраться.
— Что за приятель? — заинтересовался Ансельмо.
— Один мой хороший друг… — подсказала Эмма, подмигивая.
— Один мой хороший друг, — одобрила Грета. — Мой самый старый друг. Я знаю его тыщу лет. Потрясающий человек. Я всегда могу на него положиться.
Эмма не скрывала восхищения.
— Здорово… Как его зовут?
— Чезаре.
— Да, здорово.
Грета улыбнулась: в голосе Ансельмо послышалось напряжение. Она надеялась, что это ревность.
— Если будут новости, позвони мне. То есть позвони мне в любом случае. Обязательно.
Так и есть: ревность!
Он ее ревновал!
Грета почувствовала вдохновение:
— Ты тоже звони.
Эмма подняла руку: не перегибай! Грета поняла и решила послушаться:
— Ну все, мне пора.
— Подожди.
— Да?
— Ты получила записку?
— А, да! Спасибо!