— И что мы теперь будем делать с этой кассетой? — спросила, усаживаясь, Эмма.
— Нам нужна аппаратура, на которой ее можно посмотреть. Как в детективных сериалах, знаете? Компьютеры там, все такое… — принялась взволнованно объяснять Лючия.
— Да-а-а-а, как в сериалах… — скептически прокомментировала Грета и перевела взгляд на виллу Боргезе, такую красивую, что казалась декорацией к фильму. Фильму из лучших времен, когда сериалов еще не было.
Паиньку вдруг озарило:
— Давайте спросим у моего брата Чезаре! Он обожает возиться со всякими такими вещами на компьютере.
Очень неглупая мысль.
— Когда?
— Я спрошу у него сегодня вечером, после школы…
Лючия посмотрела вокруг и вдруг осознала, что она не в школе, где должна бы быть.
— Мы ведь никому об этом не расскажем, да? — спросила она, глядя на Эмму глазами, полными ужаса.
— Никогда.
— Если мои узнают, мама будет плакать. Я ее знаю.
— Они не узнают: мы подделаем подписи в объяснительных, и никто не будет плакать, вот увидишь.
— А ты умеешь?
— Я суперпрофессионал, — похвасталась Эмма.
— Грета, а ты что будешь делать?
Грета молчала, склонившись над телефоном.
— Грета?
— Мм.
— Что ты будешь делать с объяснительной?
Зеленые глаза оторвались от экрана телефона и уставились куда-то далеко, мимо подруг, как будто они были прозрачными.
— Ничего.
Грета сказала это так, точно ей было абсолютно все равно. Точно во всей Вселенной не осталось ничего, что имело бы для нее хоть какое-то значение. Эмма знала почему:
— А где Ансельмо?
Зеленые глаза наполнились слезами. Грета загнала их обратно одним глубоким вдохом:
— Я не знаю. Он исчез.
— Как это?
Грета рассказала об открытом окне, о видео в коробке на кровати и о записке.
— Ты звонила ему?
— Четыре раза. Все время занято.