— Заработаешь понос, — сказал он.
Я успел выхватить парочку ягод из миски, но, пожалуй, он был прав. Если я попробую проглотить еще пару кусков, мой живот взбунтуется. Я отвалился от стола и направился к клочку травы у корней дерева, где лег и мгновенно уснул.
Казалось, прошло всего несколько минут, а Пол снова толкал меня в бок носком башмака.
— Вставай.
— Отстань.
— Я тебя проучу, — предупредил он.
— Я не хочу вставать. Иди отсюда.
Когда он разбудил меня своим привычным способом, я сообщил ему, что от всей души надеюсь, что его покусает такой же ядовитый гад, как он сам. Потом я поплелся к одному из столов и посмотрел на Амбиадеса, стоявшего рядом с лошадьми.
— Веди ее сюда, — сказал я ему. — Я не смогу притащить стол к лошади.
Но этот наглый гаденыш не собирался помогать мне. Я уже понял, что Амбиадес относится к тому сорту людей, которые оценивают всех окружающих по степени важности, и он явно желал показать, что я нахожусь в самой конце пищевой цепочки. Он вынужден был относиться ко мне вежливо, несмотря на мое подчиненное положение, а я должен был быть ему за это благодарен. Такова была его картина мира.
Со своей стороны я хотел показать Амбиадесу, что плевать хотел на его представления об иерархии. Я мог смириться с физическим превосходством Пола или халдея, но не собирался кланяться мальчишке. Ни один из нас не двигался с места. Пол с халдеем внимательно осматривали лошадиные ноги, оставив нам с Амбиадесом самостоятельно разрешить наши разногласия. Он был выше меня ростом, но если попытался бы силой подвести меня к лошади, исход драки был бы непредсказуем.
Похоже, Софос пожалел его, когда взял поводья и подвел лошадь к столу. Амбиадес наградил его презрительным взглядом, не подозревая, что Никчемный Младший только что спас его честь.
— Почему ты не взял таратайку? — проворчал я халдею, когда мы выехали из городка.
— Что?
— Ну, телегу, повозку, большой деревянный ящик на колесах, в который запрягают лошадей.
— Зачем он нам? — насмешливо спросил халдей.
— Чтобы я мог в дороге спать в нем.
— Эта поездка затеяна не для твоего удобства, — кисло ответил он.
— Ну и хрен с вами со всеми.
Еще около часа лошади шли по холмам. Солнце уже коснулось горизонта, когда халдей обернулся и с раздражением спросил меня, смогу ли я удержаться на спине лошади, если она побежит.
— Наверняка нет, — честно ответил я.
Я к тому времени слишком устал, чтобы строить из себя бодрячка.
— Все равно придется научиться рано или поздно. Мы не можем пройти весь путь шагом. Амбиадес, — крикнул он, — Езжай сюда и покажи, как надо скакать рысью.
Амбиадес, ехавший в нескольких сотнях ярдов впереди, повернул коня и поскакал прямо на нас.
— Хорошая посадка, — произнес Пол за моей спиной, и я немного удивился, что он решил заговорить. Халдей пропустил комплимент мимо ушей, сердито нахмурившись. Кажется, его система обучения не предусматривала похвалу учеников.
— Теперь ты, Софос, — сказал халдей.
Софос повиновался. Даже я заметил, что он ездит хуже Амбиадеса. Я посмотрел на Пола, чтобы узнать его мнение. Тот поморщился. Халдей посетовал:
— Жаль, что я не могу отправить Амбиадеса домой, чтобы он стал князем, а Софоса оставить для обучения.
— Софос станет князем? — я был поражен.
Князья обычно не отдают своих наследников в обучение. Я не ожидал ответа, но халдей решил оставить последнее слово за собой: