Я вспоминаю, как трахал Элли прямо на этом диване. Вспоминаю, как говорил ей снять с себя толстовку, и как потом фотографировал её обнаженную на телефон. Как мой рот терзал ее розовые соски. И как она, наконец, согласилась снять мои боксеры, позволив мне раствориться в её теле, забыв обо всем на свете, кроме невероятного удовольствия. Мой телефон. Я не помню, что было с ним потом.
Как, черт возьми, Эйрин удалось сделать эту запись? Ее номер был последним в списке вызовов, но я точно заблокировал телефон. Она звонила мне? Мы случайно приняли вызов, задев экран телефона, пока Элли объезжала меня со всей своей страстью?
- Мы уничтожим её, - продолжает Хайди. - Ее внуки будут отдавать тебе свои деньги с обеда.
Я качаю головой, пребывая в полном отчаянии.
- Сколько она хочет?
Хайди издает цокающий звук.
- Два миллиона, которые технически не убьют тебя, но все же ...
- Заплати ей.
- Что?
- Скажи Артуру, чтобы заплатил ей. Отдай ей деньги.
Голос Хайди становится выше, чем я когда-либо слышал.
- Ты что, серьезно!? Эта сука в открытую нарушает договор, а ты хочешь вознаградить ее за это? У неё ничего нет, Джастис. Она не сможет доказать, что это был ты ...
- Это бессмысленно, Хайди. Все это уже не имеет значения. Получи доказательства, отдай ей деньги, и сделай все, что угодно, лишь бы она с гарантией исчезла.
В трубке повисает тишина, прежде чем Хайди начинает истерически смеяться.
- Ты совсем спятил, да?
Я смеюсь в ответ. Не знаю, почему. Мой бизнес рушится у меня на глазах, меня шантажирует девчонка, у которой не было ни цента до встречи со мной, и у меня роман с замужней женщиной, которую я не в силах отпустить. Я спятил. Может и так, но я никогда не чувствовал себя более нормальным. Я снова вспоминаю ту жизнь, что я когда-то оставил в прошлом. Жизнь, к которой привыкла Элли.
Я слышу легкий шелест позади себя и, повернувшись, вижу Элли, прислонившуюся к дверному косяку. На ней одна из моих толстовок, ее сонные глаза сверкают сексом. Она улыбается, и меня охватывает странное чувство, которое слишком сильное, чтобы уместиться в моей груди, прежде чем вызвать трепет внизу живота.
- Позаботься об этом, Хайди. Для меня. И о том, о чем мы говорили... Я сделаю это. Я отпущу их.
Ее голос снова становится мягким и женственным, словно она заботится обо мне и жалеет.
- Я поняла. Это будет правильно, Джастис. Все наладится. Ты сможешь начать все с начала и восстановить свой бизнес. И будешь тем, кем захочешь, после всего этого.
Я молчу, у меня нет ответа, который я мог бы озвучить, поэтому я просто вешаю трубку. Хайди привыкла к моей лаконичности. Я со всеми такой. Кроме Элли.
Как будто услышав свое имя в моей голове, она лениво подходит к дивану, пока я кладу телефон на стол. Хватаю ее за талию и притягиваю к себе на колени, отчего она заливается громким визгом. Я прячу свое лицо в ее волосах, пытаясь впитать аромат. Я чувствую свой запах на её коже, вперемешку с её духами и нашим потом.
- Не хотел тебя будить, - шепчу я, лаская дыханием гладкую кожу у неё за ушком. - Я как раз собирался вернуться в постель.
- Мне надоело спать, - вздыхает она.
Я смотрю на неё, язвительно приподняв бровь.
- Надоело спать?
Она щипает меня за руку.
- Ох, ты знаешь, что я имела в виду.
Я хватаю ее за руку и целую в ладонь. После чего мы замолкаем, наблюдая, как сумерки растворяются в ночной тьме, погружая комнату в тень.
- Могу я задать тебе вопрос? - едва слышно говорит Элли.