— Как, вы действительно полагаете, что в деле замешаны потусторонние силы? — недоверчиво покосился Кураев.
— Это пришлось бы предположить лишь в том случае, если бы все иные гипотезы были отброшены как несостоятельные, — ответил профессор, и было непонятно, шутит он или говорит всерьез. — Но, к счастью, до этого пока не дошло. Я попрошу вас вот о чем. Сядьте за компьютер и разыщите сведения по скандальным публикациям и выступлениям на научных симпозиумах за последние год-два.
Кураев недоуменно взглянул на профессора.
— Пожалуйста, сделайте, что я вас прошу, — повторил тот, — а потом я все объясню.
Пока Кураев обшаривал компьютерную сеть, пока по телефону интервьюировал специалистов, Скарабеев внимательно изучал увесистые монографии по физике и астрономии и делал какие-то пометки…
— Ну вот, Федор Петрович, получите ваш списочек.
— Да, — озадаченно пробормотал профессор. — Похоже, вы поработали на славу.
— А здесь, — Кураев указа! на еще одну распечатку, пестрой змеей выползавшую из принтера, — список скандальных статей и монографий с кратким наложением их сути. Вы полагаете, что эти сведения могут приблизить нас к разгадке?
— Еще как могут, — заверил Скарабеев, просматривая темы скандальных публикаций и вычеркивая их одну за другой. Наконец он выбpaл из огромного списка авторов всего несколько персон и удовлетворенно улыбнулся.
— Но какова связь между этими списками и нарушением законов природы?
— Может быть, никакой связи нет, а может быть, самая прямая, — уклончиво ответил профессор. — Мы вскоре это узнаем. На электронные адреса этих ученых надо немедленно послать сообщение… Впрочем, это я возьму на себя.
Федор Петрович сел за компьютер и быстро забегал рукой по клавиатуре, с особым усилием обрушиваясь на клавишу «ввод» при посылке очередного сообщения.
— Это мимо, — бормотал он, вычеркивая все новые фамилии. — И это тоже…
Список редел, и наконец остались только две фамилии.
— Неужели я ошибся? Но я готов был побиться об заклад… Есть!
Кураев взглянул на монитор и прочитал:
— Хлопов Андрей Михайлович, академик Академии Передовых Наук.
— Вы слыхали когда-нибудь о такой академии, инспектор?
— Что-то не припомню.
— Ну а мне приходилось, — сказал профессор. — Занятное учреждение. Там полно изобретателей вечных двигателей, антигравитаторов, очевидцев НЛО и прочею подобного добра из мира виртуальной реальности… Собирайтесь, едем немедленно по этому адресу! И захватим с собой приборчик Петреева…
Уже стемнело, когда геликоптер, управляемый Кураевым, доставил их на место, в блин из дальних безлюдных хуторов.
— Это там, — взглянув на адрес, Кураев указал на возвышавшийся на отшибе дом.
— Вы чувствуете, что здесь какая-то особая атмосфера? — спросил профессор.
— У вас на голове волосы шевелятся, — заметил Кураев.
— И у вас. В воздухе скопилось статическое электричество, хотя небо ясное, — задумчиво произнес Скарабеев.
— Наш индикатор аномальности пришел в неистовство! Думаю, мы правильно взяли след.
— Без сомнения, — отозвался профессор, когда они шли в сторону зловещего дома, чернеющего на фоне звезд. Это было обшарпанное трехэтажное здание. На всем лежал отпечаток ветхости и запустения, светилось только одно окно верхнего этажа. Огромная тарелка спутниковой антенны, установленная на крыше, испускала бледное синеватое сияние, растворявшееся в воздухе.
— Огни Святого Эльма, — пояснил профессор. — Тлеющие атмосферные разряды. Они иногда бывают на кладбищах…
Кураев невольно поежился…
У подъезда профессор остановился.