Странная перемена произошла там за несколько дней его отсутствия. Вьющиеся растения завяли и свисали мертвыми плетьми, как веревки.
Вестибюль был завален принесенной сюда мебелью. Очевидно, хозяйка уезжала.
Спросить было некого. Слуги, таская мебель, недружелюбно поглядывали на Сирано и на вопросы не отвечали.
Он вошел в знакомые комнаты.
Они встретили его пустотой и холодом. Лауры не было!
Тогда он выбежал из особняка, вскочил на коня и пустился догонять подводу с безобразной старухой. Она-то знает!
При виде всадника старуха усмехнулась.
– Где баронесса де Тассили, что с ней? – спросил Сирано, наклоняясь в седле.
Старуха замотала головой и что-то прогнусавила.
Тогда Сирано достал кошелек и бросил в жадно подхватившие его руки.
– Не больна ли баронесса Лаура?
– Лаура-то? А как же… больна… больна! Боль-на! Бери кто хочет, что бык, что кочет. – И она противно хихикнула.
– Марта! Если ты не скажешь, что случилось, я тебя проткну шпагой, как индюшку на вертеле.
– Что вы, что вы, ваша светлость! Погостили, только и всего! Надо и честь знать! Знать надо знать, ваша светлость, – гнусаво болтала старуха.
Сирано старался объяснить произошедшее по-своему.
Очевидно, Лаура, как и он сегодня, обнаружила беспощадность своего страшного недуга и в ужасе бежала из Парижа, быть может, чтобы начать лечение. Но почему она даже не предупредила его, своего возлюбленного? Конечно, растерялась!
Спрашивать было не у кого.
В полном отчаянии Сирано помчался в Париж, сам не зная куда, и опомнился только у знакомого трактира в Латинском квартале. Сам Великий Случай привел его сюда, чтобы залить горе вином!
Запах плохой кухни, разлитого вина и неопрятных посетителей охватил Сирано, едва он вошел в таверну, где не бывал несколько лет.
Но тем не менее кто-то из давних знакомых позвал его к столу. Сирано не без труда узнал старого капитана, с которым когда-то дрался на дуэли, а потом подружился в трактире и даже обучал своим приемам вышибания шпаги из рук противника.
– Учитель! Мой благородный и несравненный учитель! – кричал старый вояка, вскочив со своего места и кинувшись к Сирано с раскрытыми объятиями.
Сирано осторожно отстранился, но все-таки сел на предложенное за столиком место.
– Как я рад тебя снова увидеть! – продолжал капитан. – А я, признаться, думал, что тебя укокошили-таки в одной из ста твоих дуэлей, хотя слава о тебе густая, как это вино, которое непременно тебе придется отведать в знак давней дружбы!
Сирано молча принялся пить кружку за кружкой. Капитан едва успевал ему подливать, правда, и сам от него не отставая. Однако, начав еще до приезда Сирано, он быстро захмелел.
– Когда я дрался на дуэли с маршалом… да я, наверное, тебе об этом рассказывал… я всем рассказываю…
– С генералиссимусом, господин барон, – мрачно поправил Сирано.
– Э, нет! Чего нет, того нет! Капитан де Ловелет никогда не привирает, ему и без этого есть о чем рассказать!
И он принялся пьяным голосом расписывать свои подвиги во время последней нескончаемой войны. Когда он заговорил о том, что принимал участие в операции под Аррасом, Сирано насторожился, решив одернуть болтуна, если тот заврется.
– Ты знаешь, дружище Сирано, наши французские войска осадили Аррас, а испанцы под командованием инфанта, в свою очередь, окружили осаждающих.
– Еще бы не знать! – хмуро подтвердил Сирано.