— Держи свой интерес при себе, — отрезала она. Когда она обратила своё внимание обратно к телевизору, перещёлкивание каналов участилось.
— Я заплачу, если ты ответишь мне, — попробовала я.
Она посмотрела на меня.
— Деньги, которые мы взяли. Ты можешь оставить всё себе.
Её глаза сузились.
— Мы должны разделить наш улов на пятерых.
— Мы их заработали, верно? Мы, вместе. Я не расскажу остальным, если ты не скажешь. И я говорю, что ты можешь оставить всё себе. Не знаю сколько там, но всё это будет твоим.
— Это какая-то хитрость?
— Не хитрость. Просто ответь на мой вопрос, а потом можешь сказать, чтобы я отвалила, и я пойду в свою комнату и посплю.
Она откинулась назад и убрала руку с пульта на коленях, глядя на меня. Я сочла это согласием.
— В общем, как я уже спрашивала раньше, когда я сказала «спасибо», ты думаешь я была саркастична или искренна?
— Не знаю.
— Ты имеешь в виду что не могла понять, или не можешь вспомнить, или…
— Я сказала — не знаю.
— Хорошо, — вздохнула я. — Проехали. Деньги твои.
— Так легко?
Я пожала плечами.
— Ты сказала что исчезнешь, если я попрошу, — напомнила она.
Я кивнула, собрала покрывала и удалилась в свою комнату.
Всё же я не заснула. Вместо этого я бесцельно глазела на железные балки на потолке, раздумывая о беседе с Тритоном о Лабиринт.
Я всё ещё разбиралась в своих мыслях, когда вернулась остальная часть банды.
Я решилась выйти из комнаты, укутанная в одеяло, чтобы поприветствовать их. Брайан подарил мне торжествующую улыбку, сняв свой шлем, и я привлекла всеобщее внимание из-за того, что у меня были самые серьёзные травмы за сегодняшний день.
Как только Алекс, Брайан и Сука начали рассказывать о своих приключениях, Лиза потянула меня в сторону. Мы оказались на кухне. Лиза поставила чайник и спросила:
— С тобой всё хорошо?
— Не столько больно, сколько выглядит уродливо, и, думаю, школьные проблемы потеряли для меня свою остроту.
— Но что-то сбивает тебя с толку.
— Я разговаривала с Тритоном. Ты знаешь, что Лабиринт немного не в себе из-за своей силы, да?
— Ты хочешь знать, может, с тобой что-то не так, а ты об этом и не знаешь?
— Нет, — я покачала головой. — Подожди, правда что ли?
— Не-а. Итак, в чем дело?