Убить в честном бою. Слишком несбыточная мечта. Мне достаточно будет отравить тебя ядом, медленным, чтобы мучился часами в конвульсиях. Или хотя бы прирезать ночью, как последнюю мразь.
Дождь все лился! Раскат грома! Ослепительный блеск молнии и загоревшаяся крона старого такфиса.
Я напала, он небрежно отбил удар и сбил меня с ног. Прежде чем был произведен следующий замах, я прокатилась по земле и вскочила на ноги. И опять напала вместо логичного отступления. Он увернулся, я одним прыжком пробралась мимо него и попыталась подойти сзади…
Догонялки во время грозы, догонялки под виноградным дождем, догонялки с Судьбой, с человеком, которого я ненавижу…
Я продержалась долго, ветер уже стал утихать, наступил вечер.
Учитель подобрался сзади и наградил серией ударов. От части я уклонилась, часть отбила, но резкий толчок в грудь поставил меня на колени перед темным магом, еще один удар повалил лицом в грязь, я чувствовала, как влажное дерево прижало шею…
Потом Лэйр Сартер шумно выдохнул и убрал посох, когда я встала он уже успел исчезнуть. Вернуться на крышу? Я подняла глаза вверх — на моем месте сидел темный маг с невесть откуда взявшейся бутылкой. Я чувствовала на себе его задумчивый взгляд. Хочет, чтобы я присоединилась? Нет уж… Дождь все равно уже закончился. Я медленно пошлепала в замок, мельком замечая, что дерево, в которое ударила молния, выглядит невредимым. Работа Лэйра Сартера что ли…
— Дорогая, иди‑ка сюда, — учитель протиснулся в мою комнатку и издевательски поманил пальчиком.
И что я такого натворила? Я отложила толстый том в темно — синей обложке, и пошла за темным магом. Завел он меня в один из тех редких нежилых коридоров, куда я еще не добиралась ввиду угрожающей загрязненности. Пройдя через потайную дверь, мы попали в новый коридор, еще более запыленный, чем предыдущий. Здесь даже стены такими черными не казались из‑за пыли. Остановился учитель у весьма примечательного места. Я просто глаз не могла отвести этой примечательности. Ковер на стене. Пушистый, розовый. И под пятнами (я опознала кровь и вино, череда зеленных пятнашек произошла от преобразующего зелья, а странное черное, напоминающее по форме эмбриона осталось загадкой) и простой грязью скрывались цветочки и надпись «С любовью, для моего Лэйра». Я внимательно рассмотрела это чудо и перевела взгляд на мага, у того было выражение лица, будто по досадной случайности в бутылке от его любимого «Мартеротского», белого, урожая пять тысяч восемьдесят седьмого года, оказалась моча.
— Заходи, — тут только я обратила внимание, что он открыл незаметную маленькую дверцу прямо напротив этого чуда — ковра. Я вошла в комнату, проблемами освещения там никто не озаботился, и пришлось зажечь небольшой светящийся шарик. Пока я отвлеклась, учитель уже успел исчезнуть и оставить меня наедине с огромными шкафами и комодами. И как это понимать? Да никак. Действия Лэйра Сартера я уже давно отказалась понимать.
Ладно, исследуем, что тут у нас. А у нас тут… одежда…
Я изумленно раскрыла все ящечки, полочки, дверцы и сундуки. Всюду лежит одежда. Еще и женская. Платья, брюки, блузки, юбки… Что за бред?
Я растеряно села на выкинутый из шкафа ворох одежды. Я могла еще понять принцип построения структуры огня без наличия в ближайшем окружении потоков маэн данной стихии или запутанную теорию Зингиора Ме о происхождении наяш-ди, но уж ни как не то, что хотел сказать мне учитель, приведя сюда. Пока я довольствовалась только парочкой мешкоподобных черных платьев разной утепленности и длины, а тут что еще за намеки? Я должна превратить это тряпье во что‑то полезное?
Все еще пребывая в задумчивости, я решила примерить шикарное облегающее красное платье, украшенное замысловатыми узорами из золотых нитей и мелких драгоценных камней. Кое‑как залезши в это чудо, проявляя чудеса ловкости, зашнуровав корсет, я взглянула в зеркало и не сдержала хихиканье. Выглядела я комично — платье перекошено, волосы как стог сена, мертвенно бледное лицо и темные вечные круги под светящимися нездоровым блеском глазами. Мне только детей пугать.
— Тебе не идет красный. И не следует пока примерять вечерние и бальные платья, ты к ним еще морально не готова, — голос был низкий, тихий и какой‑то щекотный. Мгновенно напрягаясь и призывая видение потоков, я оглядела комнату в поисках его источника. Внимание сразу привлекла просто удивительной сложности искусственная структура. Ее обладателем был огромный паук, размером в мужской кулак, хотя судя по тону скорее паучиха, она шустро перебирая лапками пробралась по горам ткани ближе ко мне.
— Я Кай-Хиши. Симбиоз духа — информатора и духа — советчика, область знаний — этикет, стиль, основные сведенья о Таэрре.
— И создал тебя Лэйр Сартер… — я обошла паучиху кругом, рассматривая переплетения ее потоков маэн. Опасности от нее должно было быть, разве что это было очень хорошо замаскировано.
— Да.
— Зачем? Неужели лично для меня? — я скептически хмыкнула и принялась стаскивать с себя платье. Почему‑то в глубине души было обидно, что я в нем так по глупому выглядела.
— Сомневаюсь, насколько я поняла, он просто проводил эксперименты по созданию симбиоза различных духов — помощников, при закладки информации использовал различные стороны своих знаний. Я была создана более трех лет назад, но большую часть времени проводила в «спящем» состоянии. Видимо, сейчас господин Сартер решил, что я могу пригодится.
— Господи-и-ин? — протянула я. — И чего это он тебе именно господин?
— Потому что я проявляю вежливость в обращении к Лэйру Сартеру. Называя арохе господином, показываешь свое безграничное уважение и зависимость от него. К нейтральным обращениям к арохе не имеющих видимых на первый взгляд титулов в Дестмирии и Харине относятся деви и юне — для молодых, сэд и сэди — для арохе старшего возраста.
— А обращение «учитель» как опишешь?
— К родителям по имени обычно не обращаются, просто зовут мамой — папой, а учитель для юных магов…
— Все я поняла, — в гробу я таких мам — пап видала. — Тебя точно создал Лэйр Сартер.
— Ну и что я должна с тобой сделать. Съесть что ли, вдруг все твои знания во мне окажутся…
— Э-э-э, думаю не стоит, — паучиха отползла. — Смею предположить, что господин Сартер привел тебя сюда, чтобы ты смогла подобрать себе нормальные наряды.
— Ну конечно, этому эстету слишком тяжко видеть такое страшненькое ничтожество как я, — я зло пихнула ногой скрученный в клубок костюм. — Тут же наверняка все старое и не модное.
— Мода не является ключевым моментом в выборе одежды. Более того, с течением времени значение моды в стиле и типе одежды стало постепенно уменьшаться, арохе предпочитали носить, то, что удобно, соответствует внешности и внутреннему миру, а не идти на чьем‑то поводу. Уже лет этак сто — сто пятьдесят. Что примечательно, что исчезновение единой моды в первую очередь коснулось одежды, когда, например, в искусстве, особенно в поэзии и архитектуре, в настоящее время влияние моды велико как никогда.
Да, я еще раз убедилась, что попала в какой‑то странный параллельный мир. Хотя Кай-Хиши, говорила правильно, даже в тех же Капинорках люди носили, что душе угодно — от коротеньких юбочек Дашши до многослойных платьев тети Шиаши.