Несколько зеленых листьев: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Когда они выбрались со своими зонтами на улицу, дождь все еще шел. Выяснилось, что идти им в разные стороны, поэтому они расстались, пробормотав все положенные любезности. Так неожиданно они встретились и так мило провели время. Однако Эмма понимала, что, хотя она и помогла Клодии избежать какой-то нежелательной встречи, сама она от их беседы не получила ничего. Но неужто она и вправду воображала, что они затеют серьезный разговор о Грэме?

Лишь пройдя по улице так далеко, что возвращаться было бы уже затруднительно, Эмма поняла, что в припадке какого-то непонятного волнения она вместо своего взяла зонтик Клодии. А зонтик у Клодии был хуже. Интересно, что бы могла значить такая ошибка?

20

— Завтрак голодающих? — переспросил тещу Мартин Шрабсоул. — Сегодня?

— Да, у мисс Ли. Это куда меня приглашали тогда на утренний кофе, — сказала Магдален. — Мне очень хочется пойти. У нее всегда так вкусно.

— Ну, вероятно, сегодня чересчур вкусно не будет, — сказал Мартин тоном спокойным, доброжелательным, так что легкий упрек в нем был почти неразличим. — Ведь предполагается завтрак в поддержку голодающих третьего мира, верно?

— Разумеется. Там и не будет ничего, кроме хлеба домашней выпечки, сыра, фруктов и кофе, — очень скромный завтрак.

— Моя любимая еда. И намного питательнее той, что потребляет население некоторых областей Африки или Индии.

— Ах, Мартин, но что-то есть нам же все-таки надо, — сказала Эвис, также собиравшаяся на этот завтрак. С каких это пор Мартин так сочувствует голодающим третьего мира? Видимо, заботится он не столько о них, сколько о здоровье мамы. — А потом, мы ведь вносим деньги.

— Да, кладем деньги в миску, — пояснила Магдален, — и мисс Ли возместит свои расходы. Это только справедливо.

— По-настоящему вам следовало бы есть там какое-нибудь пюре из бобов или рис, а запивать его водой, — уныло упорствовал Мартин, но Эвис заметила, что бобов подходящего сорта все равно, наверно, не достать.

Но завтрак у мисс Ли и вправду оказался не столь восхитительным, как обычно. По каким-то там неясным причинам мисс Ли не смогла спечь домашний хлеб и заменила его покупным, белые, волглые и мягкие, как вата, ломти которого, разумеется ничуть не похожие на пищу голодающих третьего мира, как это ни странно, были ей сродни своей отвратительностью.

Хлеб ели молча, потом кто-то спросил, какие вести от Дафны и хорошо ли устроилась она в новом доме со своей подругой.

— Смеем надеяться, что хорошо. А если и нет, нам об этом не сообщат.

— Мисс Бленкинсоп немножко любит командовать, правда? — сказала Эвис. — Она вечно хочет все делать по-своему.

— Ну а Дафна из таких, что вечно станут уступать, — сказала мисс Гранди, которая и сама не раз оказывалась в схожей ситуации. — Оно и удобнее.

— По крайней мере, Дафна обрела самостоятельность, — сказала Эвис. — Ей так необходимо было почувствовать себя независимой, выбраться из ректорского дома.

— Возможно, жизнь с ректором в этом огромном доме действительно не была пределом ее мечтаний, — сказала Магдален, в качестве новенькой отважившаяся на обобщающее замечание, — и возможно, я не знаю каких-то обстоятельств, но что же теперь он, то есть ректор, будет делать, если она уехала?

— Сегодня, например, он придет к нам на завтрак, как мы условились, — сказала мисс Ли. — Всего лишь завтрак голодающих, понимаю, и все же для него одной заботой меньше.

— Это послание в приходском журнале… — сказала Магдален, — неужели кто-нибудь…

Но тут появился Том в сопровождении Эммы и «этого человека из лесной сторожки».

— Двое мужчин, — шепнула матери Эвис. — Если бы знать заранее, мы бы уговорили Мартина прийти… Господи боже! — Последнее относилось к доктору Геллибранду и его жене Кристабел, с чьим приходом завтрак, грозивший вылиться в заурядное собрание местных дам, превращался в событие светской хроники: старший доктор, ректор, заезжий ученый…

— Мартина не будет? — спросил у Эвис доктор Геллибранд.

— Нет. Ему сегодня надо быть в клинике перинатальной патологии, а перед этим я всегда стараюсь его посытнее накормить, вот я и оставила ему жаркое в духовке.

— А мне, по мнению Кристабел, завтрак голодающих не повредит, — сказал доктор Геллибранд. — Как вы управляетесь без вашей сестры? — обратился он к Тому.

— Спасибо, вполне сносно, — сказал Том и добавил заученно:

— Все проявили ко мне такое участие. — Он чувствовал, что должен это сказать, даже если бы ничего подобного и не наблюдалось. Просьба его, помещенная в приходском журнале, до сих пор ни на кого не оказала действия.

— Полагаю, — словоохотливо продолжал доктор Геллибранд, — для вас не редкость завтрак, состоящий из хлеба с сыром. Но ведь мы платим за это, правда? — возгласил он затем несколько громче, чем следовало. — Кидаем монетку в кискино брюшко?

— Миска возле двери, — сказала мисс Ли голосом гораздо более тихим. — Обычно мы устанавливаем взнос в двадцать пять пенсов, что покрывает расходы и оставляет кое-что на наше общее дело.

— Двадцать пять пенсов, — удивился главный доктор. — То есть, по-старому, пять кругленьких, не так ли? За ломтик непропеченного хлеба и кусочек мышиной приманки не сказать чтоб дешево!