— Ну что ты молчишь? — спрашивает Лена.
А я не знаю, что и сказать.
— Тогда потанцуем? — терпеливо предлагает она, видимо, догадываясь о моем состоянии.
И мы медленно плывем в полумраке. Рука Елены легко лежит на моем плече, глаза, не отрываясь, смотрят в мои глаза.
— Ты все еще любишь ее, — тихо полуспрашивает-полуутверждает она.
И опять не нахожу, что ответить. Врать нельзя, и правду сказать сегодня язык не поворачивается.
— Знаешь, давай не будем говорить обо мне. Все-таки героиня вечера — ты! Расскажи о себе.
Елена натянуто смеется.
— Ох, Демичевский!.. Он, оказывается, еще и плут.
Она ненадолго умолкает, потом с расстановкой начинает рассказывать:
— Мы ведь тоже не местные. Переехали из Тулы. Папа был летчиком. Его перевели сюда по службе. Ну и мы за ним… А через неделю, при испытании нового самолета, он погиб. Мама в один день поседела… Мне шел тогда всего второй годик… А теперь уже — двадцать пять! Окончила школу, институт… Вот, собственно, и все.
— Извини за нескромность, — говорю. — А почему ты не замужем?
Лена опять смеется.
— Потому что таких плутов, как ты, не встречала! — Она останавливается. — Но если серьезно — были предложения. Да душа ни к кому не лежала. Почему-то все лишь о себе и думали, о своем «я». А мне, Демичевский, не рабыней, а царицей быть хочется!
— Клеопатрой, что ли?
— Нет! Такой, как Суламифь. В любви своей — царицей. Понимаешь?
Я бестолково киваю, и мы возвращаемся за столик. Елена спрашивает:
— Хочешь кофе?
— Хочу.
Лена уходит на кухню, и вскоре по всей комнате разносится его горьковатый аромат.
— Почему ты вчера так поздно вернулся? — спрашивает она. — Что-нибудь случилось? Говорят, машину угнали. К нам в школу приходили сегодня работники ГИБДД. И участковый по квартирам прошелся.
Я улыбаюсь. Так-так… Скоро весь город будет знать, что разыскивается такси желтого цвета, номер «37–38». Это хорошо. Уж кто-нибудь да расскажет нам о нем.
— Да, — говорю. — Мы ищем пропавшее такси.
И не вдаваясь в подробности, коротко рассказываю о вчерашнем «ЧП».
— Ужас какой, — передергивает плечами Елена. — Ну у вас и работка!
— У тебя она разве легче?
— Сравнил тоже! Как ни тяжело с моими шумными ребятами, но они — дети. Я вижу, как они взрослеют, становятся умнее и добрее.
— А если не все вырастают такими? Как тот брюнет, что стрелял и магазине. Кто-то должен и с ними разбираться. К тому же я закончил юридический. Так что не будем больше об этом. Хорошо?
— Хорошо, — соглашается Елена. — Расскажи мне что-нибудь веселенькое. Уж сегодня ты обязан развлекать меня.
Я начинаю вспоминать. Но в голову лезут одни лишь криминальные истории. Лена смеется.