- Это место бьет по нашим мозгам, - отвечает эльфийка. - Эмиль сделал для нас защитные амулеты, а я пока готовлю тебе зелье Сон без сна.
Она не очень понимала во всех этих шаманских штучках, да и не любила их. Да, как амазонка, кое-то применять умела, да и наговор, позволяющий прозреть тьму, как и все охотницы, знала, но никогда не углублялась в теорию всей этой дико сложной мути.
- Я - обуза для вас, - печально вздохнула амазонка. - Вам стоит оставить меня, ибо я только помешаю общему выживанию.
Она не смогла сопротивляться боли в отличие от других, она не так хороша, как остальные, и вряд ли сможет как-то помочь.
- 'Зря я попросилась к ним. Я только мешаю', - пронеслась у нее очень неприятная мысль.
- Не говори так, - улыбнулась южанка. - Ты - наш друг, а друзей никто из нас не бросит.
- Не бросит... - повторила она, не став спорить...
- Убирайся, Зэа'Фира!
- 'Она просто не знает, кто я такая... Если они узнают... Если узнают...' - эта мысль пугала ее, заставляла дрожать и трястись от страха.
Тут в ее голове промелькнули воспоминания о Стелле...
Старшая улыбалась ей, очень грустно улыбалась, но не прогоняла... Даже когда все поняла, она не стала отстраняться от нее.
- 'Надеюсь, я не сильно ее ранила', - подумала она. Хотя, судя по тому, как Старшая их преследовала, вряд ли она тот укол даже почувствовала.
Рашира отошла к котелку, в котором она варила уже знакомую ей бледно-серую жидкость. Вкус у нее просто ужасный, но после нее можно спать и воспоминания больше не беспокоят. Ужасные воспоминания.
- 'Он тоже страдал похожим образом', - она посмотрела на варлока.
Ферокс спал, облокотившись на стену и обняв свой прекрасный меч. Он спал как охотник, очень чутким сном, готовый проснуться в любой момент. Кажется, будто его сон крепок, но лишь один намек на опасность - и он уже будет готов к бою.
Невысокая воительница по имени Лилджа тоже так спала. Двельфийка не сняла доспехи, да и не похоже, что бы они ей мешали. Дварфам вообще доспехи как вторая кожа, и они могут ходить в них все время, не испытывая дискомфорта. Хотя это, скорее связано с тем, что их броня такого высокого качества, что почти не доставляет неудобств.
Единственным, кто действительно спал, был колдунишка. Пепельный шаман дрых, закутавшись в свой спальный мешок и вообще будто бы не волновался.
- 'Глупо, - фыркнула она. - В безопасности мы или нет, но такое отношение к возможной угрозе даже оскорбительно'.
Но он спас ее тогда...
Она хотела недолюбливать Пепельного, хотела смотреть на него свысока, но не могла. При всех своих минусах колдун обладал и рядом положительных черт. Он не был похож на тех шаманов, что она видела. Он не брезговал сталью, но пользовался ей, когда действительно нужно, он не страшился опасности, а даже желал ее.
- 'Он бросился за мной...'
Одно воспоминание, как какой-то мужчинка кинулся спасать ее, когда она сорвалась с рельсовика, до сих пор крутилось в ее голове.
- 'Он просто не знает, кто я...' - нашла она для себя оправдание.
Вскоре Рашира вернулась с дурно пахнущим зельем, которое амазонке пришлось выпить. Потом ее потянуло в сон... в прохладный сон без сновидений...
- 'Они просто не знают...'
***
- Кра-а-а-а-а! Ха-а-а-а-а! Пи-и-и-и-и! - визжала эта безумная толпа тварей.
Ржавые клинки вздымались, когти скрежетали по каменному полу, а лязг стали разносился по залу. Грязно-серая шерсть, заполонившая все вокруг, создавала впечатление, что мы попали в какое-то мутное море с грязной водой. И лишь ярко сияющие красные глаза были четко видны в этой тьме.
- Ха! Тагоракки! - крикнула Лилджа и, вооружившись щитом и топором, просто выносила тварей по очереди. Копья бились в ее круглый щит медного цвета с изображением бородатого дварфа, а короткий топорик легко отрубал конечности и пробивал морды крысолюдов.
Возможно, она бы проиграла, будь она одна, и ее просто завалили бы толпой, но она сражалась не в одиночестве.