— Да, действительно. Извините…
— Какое время у меня имеется для принятие решения?
— Ну… Трёх дней будет достаточно?
— Скорее всего — да.
— Договорились. А если вы вдруг решите остаться — буду несказанно рад. В вашем лице я приобрету весьма мощный рычаг влияния на ситуацию…
— А вот не надо делать меня «инструментом», Александр Сергеевич, — набычился Киселёв.
— Что вы, что вы! Прошу прощения — неудачно выразился…
— Оставьте! — прервал Андрей собеседника. — И прошу вас уйти. Мне надо побыть одному. Думаю, что отвечу вам раньше назначенного срока. Ступайте. Всего доброго.
— Понимаю, — кивнул «Колчак». — Выбор, судя по всему непростой. Честь имею!
После убытия гостя Андрей смачно шарахнул кулаком по столу и сложносочинённо выматерился.
Нет, ну надо же устроить такую подляну! Ведь что не реши — потом неоднократно пожалеешь. Конечно: «Там» огромное количество всевозможных плюсов и преимуществ, а тут только один… Вернее — ОДНА…
— Мотор к подъезду! — рявкнул командующий флотом в телефон.
— А я тебя сегодня и не ждала, — Елизавета слегка удивилась возвращению мужа.
— Не значит ли это, что мне стоит поискать под кроватью или в шкафу счастливого соперника? — улыбнулся Андрей обнимая жену.
И именно в этот момент, когда ощутил нежность и хрупкость её тела, вкус её губ, аромат кожи, он окончательно понял, что три дня — совершенно излишний срок для размышлений, что двадцать первый век обойдётся без него, а он без двадцать первого века…
— Ужинать будешь? А потом можешь и под кровать, и в шкафы заглянуть.
— А давай! Только потом, я хочу смотреть не на содержимое шкафов, а на содержимое твоего платья, и в васильки твоих глаз.
— Подчиняюсь, мой адмирал. И не скажу, что без удовольствия…
ЗАНАВЕС.