В поисках древних кладов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На следующее утро Мзиликази снова восседал на троне. Перенесенные накануне испытания не оставили на нем никакого следа, так что, когда на арену выпустили быка Чавала, сыновьям пришлось удерживать отца, чтобы он не выскочил на арену убивать быка голыми руками.

Из каждого полка было отобрано по одному самому сильному воину. Они разделись до набедренных повязок и ждали, присев на корточки по обе стороны кресла Мзиликази.

Бык выскочил на арену, высоко подняв голову, увенчанную могучими рогами, вздымая копытами красную пыль и бешено сверкая глазами. Он был глубокого, без единого пятнышка черного цвета, с высоким горбом и лоснящимися боками.

Из всех королевских стад выбрали самое красивое животное в стране матабеле. Бык высокомерно прошелся по арене, фыркая и опуская голову, чтобы подцепить кривым рогом все, что попадалось на пути.

Сыновья удерживали короля, но он вырывался изо всех сил и от возбуждения брызгал слюной. Наконец он поднял копье и, потрясая им, прокричал:

— Булала инкунзи! — Убейте быка!

Воины вскочили на ноги, отдали приветственный салют королю, выскочили на арену и рассредоточились полукругом, инстинктивно повторяя джикела — маневр, которым окружали врага.

Черный бык развернулся им навстречу и резко притормозил передними ногами. Мотая головой, он оценивал силы нападавших. Потом вздул огромные мускулы, выбрал в жертву человека, шедшего посреди строя, и ринулся на него.

Выбранный им воин стоял на месте, приглашающим жестом раскинув руки; бык наклонил голову и ударил его.

Воин принял удар грудью, Зуга ясно услышал, как хрустнула кость, но человек обхватил руками шею зверя и крепко вцепился в нее.

Бык пытался освободиться, он то нагибал голову, то высоко вскидывал, но человек держался крепко. Бык жестоко швырял его, но тело воина закрывало ему обзор, и животное остановилось. Строй бегущих людей сомкнулся вокруг него, и внезапно огромная горбатая туша скрылась под волной обнаженных черных тел.

Бык долго боролся, пытаясь удержаться на ногах, но воины дернули его за ноги и повалили. Он с тяжелым стуком упал на пыльную землю и громко замычал. Дюжина воинов схватилась за длинные рога и, налегая на них, как на рычаг, начала разворачивать голову относительно громадной неподвижной туши, прижатой к земле. Медленно, обливаясь потом, они поворачивали голову, бык лягал копытами воздух, его мычание становилось все более безнадежным и сдавленным.

Король подпрыгивал в кресле, визжа от возбуждения, публика ревела, как штормовой прибой на скалистом берегу.

Сантиметр за сантиметром поворачивалась огромная голова, и вдруг сопротивление прекратилось. Зуга услышал, как хрустнул позвоночник — сухой щелчок перекрыл рев собравшегося народа. Рогатая голова с легкостью прокрутилась еще на пол-оборота, на мгновение взметнулись к небу растопыренные ноги, и содержимое кишечника быка хлынуло жидкой зеленой рекой.

Обливающиеся потом воины подняли тушу на плечи, обнесли ее вокруг арены и положили у ног Мзиликази.

На третий и последний день праздника король вышел на середину пустого загона для скота. На обширном открытом пространстве его согбенная фигурка казалась хрупкой и маленькой, полуденное солнце палило так, что она почти не отбрасывала тени. Народ смолк, сорок тысяч человек смотрели на старика, и не слышалось ни шепота, ни вздоха.

В середине арены Мзиликази остановился и поднял над головой боевое копье. Он медленно повернулся и остановился лицом к югу. Ряды зрителей застыли. Он вытянул руку с копьем, постоял так с секунду, дожидаясь, пока напряжение сорока тысяч зрителей не повисло вязкой пеленой.

Потом король подпрыгнул и начал медленно поворачиваться. Толпа вздохнула, покачнулась и застыла опять, когда король нацелил копье на восток. Потом он подпрыгнул еще раз, намеренно дразня их и изматывая. Он искусно, как прирожденный артист, выбирал подходящий момент.

Внезапно рука с копьем дернулась, крошечное, похожее на игрушку оружие описало высокую дугу и вонзилось в опаленную солнцем землю.

— На север! — взревела толпа. — Байете! Великий Черный Слон зовет нас на север!

— Мы отправляемся на север, в поход против макололо, — сообщил Зуге Ганданг. — Я со своим отрядом ухожу на заре. — Он помолчал и кротко улыбнулся. — Мы еще встретимся, Бакела.

— Если будет угодно богам, — согласился майор. Индуна положил руку ему на плечо, чуть сжал и отвернулся.

Медленно, не оборачиваясь, он исчез в темноте, наполненной пением и рокотом барабанов.

— Твоим ружьям цены бы не было, если бы их не нужно было перезаряжать, — скрипел Мзиликази ворчливым старческим голосом. — Когда идешь с ними в бой, нужно иметь быстроногую лошадь: выстрелишь — и мчишься прочь перезаряжать ружье.

Зуга сидел на корточках возле кресла короля у него на дворе. Так он провел уже почти тридцать дней. Король каждый день присылал за ним, и ему приходилось выслушивать мудрые замечания Мзиликази и поглощать огромное количество полусырого мяса, запивая его пивом, горшок за горшком.

— Без лошадей они не успели их перезарядить, и мои воины нахлынули на них и смяли. Так мы разгромили гриква и подобрали на поле боя больше трехсот ваших драгоценных ружей.

Зуга согласно кивал и улыбался про себя, представляя, как амадода используют эту тактику против английского пехотного полка.

Мзиликази прервался, чтобы опрокинуть горшок пива. Потом его внимание привлек блеск одной из пуговиц на мундире Зуги. Он наклонился и дернул за нее. Гость с неохотой вынул из кармана складной нож, осторожно отрезал пуговицу и протянул ее королю. Мзиликази радостно ухмыльнулся и повертел ее на солнце.

«Осталось только пять», — иронически подумал Зуга.

Он чувствовал себя рождественской индейкой, которую ощипывают перышко за перышком. Его знаки отличия на лацканах и офицерские звездочки с погон, а также пряжка с пояса и кокарда со шлема давно перекочевали к королю.