В поисках древних кладов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Маленький воин, бежавший рядом, уловил тот миг, когда Зуга разбил оковы и пересилил собственную слабость. Сержант ничего не сказал, лишь взглянул искоса, в глазах сверкнуло восхищение, и он кивнул. Зуга не заметил его кивка, он бежал, вскинув голову и обратив мечтательный взор куда-то вперед.

Они бежали, пока солнце не достигло зенита. Ян Черут не решался сменить ритм, он знал, что, если они остановятся на отдых, Зуга рухнет как подстреленный. Солнце, преследуемое грозными полчищами надвигавшейся бури, начало опускаться, а охотники все бежали, и их тени плясали по слоновьему следу впереди них. Следом за Зугой шаг в шаг тесной кучкой бежали четыре оруженосца, готовые в нужный миг протянуть ему заряженное ружье.

Охотничий инстинкт держал Яна Черута настороже. Каждые несколько минут он оборачивался и всматривался в след, остававшийся за спиной. Поэтому он их и заметил.

В темной тени акаций, под деревьями, с которых капала вода, появились две серые тени. С неотступной целеустремленностью слоны совершили крут, чтобы пересечь собственный след, набросить на преследователей петлю и зайти к ним с подветренной стороны.

Слоны были в километре от них. Они двигались своей обычной, обманчиво ленивой походкой враскачку. Через несколько минут они обнаружат горячий след, который группа охотников оставила поверх отпечатков их ног. От него будет за версту разить отвратительным запахом человека.

Ян Черут тронул майора за руку, чтобы тот оглянулся, не останавливаясь и не прерывая ритма движения онемелых ног.

— Надо их перехватить, пока они не пересекли наш след, — тихо произнес он.

Зуга оглянулся и впервые заметил две огромные фигуры, безмятежно шагающие через редкий лес, и взгляд его стал осмысленным, а на восковом лице появилась краска. Слоны шагали под высокими зонтиками акаций и с величавой неотвратимостью приближались к цепочке зловонных человеческих следов на красной глине.

Впереди шел большой слон. Его поджарое тело было чересчур высоким и костистым, плоть иссохлась, кожа свисала тяжелыми складками и мешками. Громадные желтые клыки, слишком большие и тяжелые, отягощали старческую голову, изборожденные шрамами уши превратились в рваные лохмотья, прикрывающие морщинистые щеки. Он вывалялся в грязной луже, и его тело, покрытое скользким слоем красной глины, влажно блестело.

Вожак тяжело переставлял длинные костлявые ноги. Толстая шкура висела на них, как плохо сшитые брюки. Следом за ним шел его аскер, тоже большой слон с тяжелыми бивнями, но рядом с вожаком он казался карликом.

Зуга и Ян Черут бежали нога в ногу, дыхание с хрипом вырывалось у них из горла. Они напрягли последние силы, чтобы подойти к слонам на расстояние ружейного выстрела раньше, чем те учуют их.

Ради скорости охотники двигались не таясь, уповая на то, что слабое зрение слонов подведет их. На этот раз погода благоприятствовала преследователям: когда они подбегали к слонам, налетела буря.

Гроза промедлила ровно столько, сколько нужно, чтобы дать им нагнать слонов. Плотные ленты серого дождя повисли над лесом, как кружевные занавески, полутьма скрыла Зугу и Яна Черута, и последние несколько сотен метров они преодолели незамеченными, а шум дождя и свист ветра в кронах акаций заглушили их шаги.

В ста пятидесяти метрах впереди Зуги старый слон наткнулся на след человека и остановился, словно налетел на склон невидимой стеклянной горы. Он осел на задние ноги, выгнул спину и высоко вскинул морщинистую голову с огромными бивнями. Рваные знамена его ушей раздулись, как паруса большого корабля, и с пушечным грохотом захлопали по плечам.

Он надолго застыл в такой позе, ощупывая кончиком хобота влажную землю, потом поднял хобот к носу и выпустил струю воздуха в раскрытые розовые бутоны обонятельных органов. Почувствовав страшный ненавистный запах, он содрогнулся как от удара, сделал шаг назад и развернулся. Вместе с ним, как хорошо обученная упряжная лошадь, плечом к плечу, бок о бок, развернулся его аскер, и они пустились бежать, а Зуга все еще был в ста метрах от них.

Ян Черут опустился в грязь на одно колено и вскинул ружье. В тот же миг аскер замедлил бег и повернул влево, пересекая след позади своего вожака. Может быть, это произошло ненамеренно, но ни Зуга, ни Ян Черут в это не поверили. Они понимали, что молодой слон принимает огонь на себя, защищая старика своим телом.

— Ты этого хочешь? Так получай, разрази тебя гром! — сердито прокричал Ян Черут, он знал, что, остановившись для выстрела, сильно отстал.

Ян Черут прицелился в аскера и выстрелил ему в бедро. Слон пошатнулся, из его ноги, там, где ударила пуля, разлетелись красные брызги, и он сменил шаг, оберегая поврежденную ногу. Он свернул с прежнего направления и повернулся к охотникам боком, а слон-великан бежал дальше один.

Зуга мог бы добить искалеченного слона выстрелом в сердце, так как зверь трусил медленной рысью, выгнув спину и волоча ногу, и до него было не больше тридцати шагов. Однако Зуга без остановки промчался мимо, едва взглянув на него: он знал, что Ян Черут закончит свое дело. Майор гнался за большим слоном, но, несмотря на все усилия, постепенно отставал.

Земля впереди понижалась, как неглубокое блюдце, а за ним вырастал еще один гребень. На нем, как часовые, стояли серые от дождя тики. Не сбавляя скорости, слон спускался во впадину. Он шагал так размашисто, что его топот звучал как непрерывный грохот турецких барабанов. Разрыв между ним и охотником все увеличивался, пока наконец слон не достиг самой низкой точки впадины, и там застрял.

Под его весом раскисшая земля провалилась, и он погрузился в болото чуть ли не по плечи. При каждом шаге ему приходилось выдергивать ноги из трясины, он рвался, обезумев, липкая грязь засасывала и непристойно чмокала.

Зуга быстро поравнялся с ним, окрыленный; волнение вытеснило слабость и усталость. Жажда битвы опьянила его. Охотник достиг болота и побежал, перескакивая с кочки на кочку. Под ногами прогибалась жесткая болотная трава, а впереди барахталось животное.

Майор подходил к нему все ближе и ближе. Наконец до слона осталось меньше двадцати метров, можно было стрелять в упор. Тогда он остановился, балансируя на островке из переплетенных корней травы.

Прямо перед ним слон добрался до дальней стороны болота и тяжело карабкался на твердую землю у подошвы склона. Передние ноги слона располагались выше, чем увязшие в трясине задние, и Зуге открылась вся его вздыбленная спина. Под запачканной грязью шкурой ясно вырисовывались массивные позвонки, дугообразные перекладины ребер торчали, как каркас ладьи викингов. Охотнику почудилось, что он различает под ними тяжелое биение огромного сердца.

На этот раз он не мог промахнуться. За долгие месяцы, прошедшие после их первой встречи, молодой Баллантайн стал опытным охотником, он знал самые нежные и уязвимые места гороподобной слоновой туши. Под этим углом и на таком расстоянии тяжелая пуля, не потеряв скорости, раздробит позвоночник между лопатками, погрузится глубоко в тело и дойдет до сердца, до толстых змеевидных артерий, питающих легкие.

Он коснулся спускового крючка, и ружье, хлопнув, как детская игрушка, дало осечку. Громадный серый зверь выбрался из трясины и пошел вверх по склону, перейдя наконец на привычную поступь вразвалочку, к ночи он успеет пройти километров восемьдесят.

Зуга достиг твердой земли и отшвырнул бесполезное ружье. Приплясывая от нетерпения, он закричал оруженосцам, чтобы скорее несли второе ружье.

В пятидесяти шагах позади него по болотистой земле, скользя и пошатываясь, спешил Мэтью. За ним бежали Марк, Люк и Джон.

— Скорей! Скорей! — орал Зуга. Он выхватил у Мэтью ружье и бросился вверх по склону. Ему нужно было настичь слона раньше, чем тот дойдет до гребня, потому что на другой стороне он помчится вниз, как орел по ветру.

Баллантайн бежал, собрав всю волю и последние остатки сил. Позади него оруженосец остановился, поднял отброшенное ружье, которое дало осечку, и, действуя скорее инстинктивно, чем сознательно, потеряв голову в пылу и безумии охоты, перезарядил его.