Убийство в спальном вагоне: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Грацци смотрел на него пустыми глазами, опьянев от этой речи, слегка удивленный тем, что до сих пор не вызвал из коридора полицейского и не приказал отвести этого подонка подлечить свои нервы в камере предварительного заключения.

Боб был высоченного роста, выше Грацци на голову, с огромной, страшной, поразительно бледной мордой и с чем-то удивительно привлекательным в живых голубых глазах.

Грацци представлял себе любовника Жоржетты иным. Теперь уж и не знал, каким. И вот этот тип сидел перед ним. Он был получше того, который перепродавал машины. Но раздражал Грацци невероятно, и от него болела голова.

Накануне, в момент убийства, Боб, по его словам, был у друзей в пятидесяти километрах от Парижа, в одной из деревень Сены-и-Уазы, где все шестьсот жителей могли это подтвердить: ему не удается остаться незамеченным.

Габер позвонил в четверть первого. Он только что вышел от Гароди и звонил из табачной лавки на улице Лафонтена. Он видел невестку, ну и штучка, надо заметить, здорово хороша.

— Она ничего не знает, ничего не заметила, ничего не может сказать.

— Ее описание совпадает с кабуровским?

— Она ничего не описывает. Говорит, что легла, как только попала в поезд, и тотчас уснула. Жертву помнит смутно. Сошла с поезда, лишь только тот остановился. На вокзале ее ждала свекровь.

— Должна же она была заметить других пассажиров… И потом, все это как-то не стыкуется… Кабур говорил, что верхняя полка оставалась свободной до половины двенадцатого или полуночи.

— Может быть, он ошибся?

— Я жду его. Как она выглядит?

— Красивая, брюнетка, длинные волосы, большие голубые глаза, маленький курносый носик, все, что надо, худощава, рост 1 метр 60, что еще? Ей было неуютно, это точно. Она говорит, словно пятясь, понятно выражаюсь? Единственное, чего ей хочется, это чтобы ее оставили в покое. Завтра утром придет давать показания.

— Она не заметила ничего особенного во время поездки?

— Ничего. Говорит, что никак не может быть нам полезна. Села в поезд, легла, спала, сошла с поезда, и ее ждала свекровь. Все. Никого не знает, ничего не заметила.

— Может, она дурочка?

— Не похоже. Ей неприятны вопросы, вот что. Чувствуется, не хочет быть замешанной в такого рода истории.

— Ладно, поговорим об этом днем.

— Что мне делать? Я могу пообедать с подружкой?

— Валяй. Затем отправляйся в Клиши и повидай шофера Риволани. Я еще немного обожду Кабура. Днем наведаемся к актрисе.

В три часа Таркэн сидел за столом в своем кабинете. В пальто. С довольным видом.

Уставившись на галстук Грацци, он спросил: «Как здоровье, господин Холмс?»

Свои донесения Таркэн сразу печатал на машинке. Он здорово составлял их. Уметь подать, ясно я выражаюсь?

Грацци молча стоял перед столом и ждал, когда тот кончит печатать фразу. Таркэн работал, как настоящая машинистка, то есть барабанил всеми пальцами. Грацци же, садясь перед пишущей машинкой, начинал испытывать такой страх, что сначала составлял черновики от руки.

Патрон отметил, что дело двигается. Он откинулся в кресле и вытащил из кармана пальто смятую сигарету. Затем размял ее и сказал: «Огня, пожалуйста, у меня все время крадут спички». Проглотив дым, с удовольствием заворчал, заявив, что через три дня передаст дело следователю прокуратуры, а в среду утром увидит большого начальника, после чего, малыш, придется их заставить покрутиться.

Ну, а как дела у него, Грацци? Он, видите ли, сидя утром в ванне, поразмышлял насчет этой задушенной. И сделает сейчас Грацци подарочек. Пусть тот развесит уши.

Таркэн, по своему обыкновению, мелодраматически встал и сказал, что не стоит и голову ломать. Первое — красотка была задушена за что-то, случившееся до поездки в Марсель. Второе — за что-то, случившееся во время пребывания там. Третье — за что-то, имевшее место в поезде. Главное мотивировка преступления. Сейчас поймешь, куда я веду.

Грацци неясно пробормотал нечто о примитивизме и упрощенности, но патрон заметил: «Хм, хм, хм, если у тебя есть связное объяснение немотивированного действия, валяй, излагай, я не столь образован».

Он сказал, что Грацци достаточно умен и уже наверняка понял, что две версии из трех и яйца выеденного не стоят. Первая и вторая. Если какой-то ублюдок, содеявший это, и познакомился с жертвой до того, как сел в поезд, то у него был лишь один шанс из десяти тысяч, выбрал бы, скажем, зал Мютюалите на пять тысяч мест или площадь Согласия — «ясно я выражаюсь?» Там, по крайней мере, меньше прохожих.

Засунув руки в карманы пальто и расхаживая по комнате, Таркэн выставил пожелтевший от никотина палец, остановился, направил его на галстук Грацци и пристально поглядел на него.

— Нет, все произошло в поезде, господин Холмс! Надо порыться в событиях ночи. Пятница вечером 10.30, суббота утром 7.50, из этого отрезка времени никуда не выпрыгнешь.