Раздался звонок телефона, и один из мужчин забормотал что-то в трубку. Он говорил с сильным акцентом.
— Даю не больше десяти минут, — бросил Дэниел.
Прошло всего пять, и появилась женщина, худая, почти истощенная, одетая в черные брюки и тунику, перетянутую на талии золотой цепочкой. Она заказала выпить и села рядом с мужчиной, положив свою открытую сумку на стойку.
Иза увидела, как происходит передача. Мятые банкноты в обмен на пакетики. Из сумки в карман пиджака и наоборот. Продавец и покупательница не обменялись ни единым словом. Женщина сразу ушла, не допив свое пиво.
Звонили радиотелефоны, заключались сделки. Следующие две передачи состоялись на улице: молодые люди в модных деловых костюмах так нервничали, что припарковывали свои огромные лимузины у входа и совершали обмен, не заходя в паб.
— Дилеры останутся здесь минут на пятнадцать—двадцать. Это оптимальное время. Кроме того, можно заметить приближение опасности, легко исчезнуть в толпе покупателей. — Дэнни как будто отстраненно анализировал ситуацию, но чувствовалось, как он напряжен.
— Тогда почему они не обращают на нас внимания?
— Все просто. Я сказал этому слизняку-хозяину, что я новичок в городе и ищу связи. А ты у меня «в штате».
— В штате?
— Да. Ты моя баба. Наркотики и секс — «сладкое» сочетание. Они думают, что я — твой сутенер и мы играем в те же игры, что и они. Нравится мне твоя губная помада, дорогуша, — нагло ухмыльнулся он, заговорив с явным ирландским выговором.
— Ах ты, ублюдок! — воскликнула Иза, наблюдая, как произошла еще одна передача товара.
— Да, но какой классный ублюдок! Пойдем, они сворачиваются. Пора и нам двигаться.
Дэниел взял Изидору за руку далеко не нежно, казалось, он очень озадачен, и повел ее к стойке, где хозяин, крупный человек в грязноватом фартуке, чистил кофеварку.
— Выкатывайтесь, — буркнул он им. — Мне не нравится, что вы тут околачиваетесь.
— Просто исследуем ваш дворец развлечений. Осматриваемся, решаем и все такое.
— Ну, места стоят пятьдесят монет в неделю, не важно, срете вы или слезаете с горшка. Плата вперед.
— Ясное дело. Но у меня есть рекомендации: одна моя приятельница, она тоже в игре, бывала в вашем заведении. Полетт.
— Я уже сказал — выкатывайтесь. — Тон был довольно агрессивный, а брошенный через плечо взгляд в сторону женщины, мывшей посуду в глубине кухни, выдавал опасения хозяина.
— Как я уже сказал, — продолжал Дэниел, как ни в чем не бывало и даже повысив голос, — эта девка, Полетт…
— Потише ты, вонючка! — хрипло прошептал хозяин. Женщина подняла усталые глаза от жирных тарелок и посмотрела в спину хозяина, как будто решала, как именно убить его.
— Я могу спросить у вашей леди, если вы не помните, — поддразнил его Дэниел.
Владелец заведения глубоко вздохнул, глаза его злобно горели. Он шлепнул мокрую тряпку на стойку, видимо, прикидывая возможные последствия. Никаких планов. Это сражение ему не выиграть.
— Послушайте, у меня была девица с таким именем. Работала здесь пару недель. Она… помогала мне, пока жена была на побережье, у сестры.
— Помогала? Держу пари, она не только тарелки мыла.
— Это была маленькая грязная шлюха, которая меня обкрадывала…
— Думаете, ей могло хватать на порошок того, что вы ей платили?
— Послушайте, я ничего об этом не знал, во всяком случае, когда нанимал ее.
— Да уж, — презрительно фыркнул Дэниел, оглядывая кафе, — поразительная слепота!
— А вы не из Нравов, нет? — внезапно заволновался хозяин.
— Вы рассказывали о Полетт.