Обноженный: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

У меня… Очень даже паранойя. Но за этот поход мы уже дважды попадались… Как святые — без оружия и броней. «Бог троицу любит» — русская народная мудрость. Я — не бог. Поэтому — не люблю. Третий раз голым брюхом на точеное железо… спасибо, не захотелось. Даже гипотетически.

Пока облачаемся и пробираемся вдоль берега по чавкающей грязи, Курт, измазавшийся не только по брюхо, но и по уши, уже тащит тряпицу.

— Ну, мужи мои добрые, вспоминайте: где вы похожее видели? Заранее скажу — видели все.

Тряпица идёт по рукам, подносят к глазам, крутят, Николай дует в шерстинки, Ивашко пытается подцепить ногтём узелок.

— Сухан, откуда это?

— Кусок каймы от платка. Платок был на девке. Девка приходила на наш постой в Вержавске прошлой ночью.

— Это которая от тебя с воем убежала?!

— Точно. Дочка Вержавского посадника. Сегодня с утра — покойного. Убит гриднями княжьего окольничего при оказании сопротивления при задержании.

Забавно слышать матерное выражение крайнего изумления от столь воспитанного молодца, как Терентий. Хоть и несколько неумело построенное. Ничего, Терёха, со мной походишь — и не такие конструкции… конструировать научишься.

— Не обрезано — оборвано. Смяли и в кровавую рану положили. Потом — выбросили.

— Ноготок, тебе — зачёт. Остальные по возвращению — полный курс занятий на внимание. Смотрите, но не видите. Стыдно.

Не любят мои ближники занятий на развитие внимания и памяти. Нудно это. Да и не нравиться проигрывать — мальчишки-подростки в этом деле часто побеждают.

— Теперь… пойдём искать.

— А на кой? У нас своих забот мало?

— А на той, хан мой торкский, что эта девка — подо мной девичество своё оставила. Я своих… на елду насаженных… мусором придорожным — не бросаю.

Интересно, что Чарджи из услышанного — услышал? Свяжет давний наш разговор о моём отношении к «своим» и нынешнее — о «насаженных», и отнесёт на свой счёт?

— Курт, нюхай. Теперь ищи.

Честно говоря, я не ожидал, что князь-волк возьмёт след: тряпка пролежала неизвестно сколько на коряге, наполовину в воде, мы её трогали, мяли. Какой там запах?

Но Курт покрутил своей зубастой башкой, оглядывая берега реки, уставил нос в землю и побежал от берега. А потом, шагах в двадцати, где было суше и не так много кустов, двинул параллельно, против течения реки.

— Не, ну ты глянь! Ну до чего ж умён! У меня прежде лайка была. Так она слышь-ка…

Один из моих мужичков восхищённо смотрел вслед князь-волку.

— Погоди про свою лайку. Почему умён-то?

— А ты по струе речной глянь. Вода-то вона куда бьёт. Стал быть, тряпку вон оттуда кинули. С берега.

— Или — с проплывающей лодки.

— Само собой. Только на реке — следов нетути. Стал быть и искать нечего. Только по берегу.

Логично.

— Всё, сел. Нашёл. Побежали.

Курт сидел на траве на ровном пустом месте и выжидающе смотрел на меня. Вокруг никаких следов.

Только твёрдая уверенность в его уме и чутье — остановила фонтан выражений моего глубокого разочарований.

А присмотревшись… захотелось извинится за обругивательные мысли: здесь недавно проходили люди. А на берегу, чуть в стороне, в кустах, заваленная ветками — лодка-долблёнка. А вот что на другом конце следа…? Сейчас узнаем.