Запретная археология: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В принципе, как представляется в таком случае, сравнительно просто установить разницу между этими двумя типами эрозии. Если оставленные временем выемки идут вертикально, сверху книзу, то причина в ливневых дождях; если они идут горизонтально, от одного конца к другому, тогда дело в ветре и абразивном песке. Но, разумеется, эрозия пользуется дурной славой у геологов, которые помнят об исключениях для каждого правила и о постоянной непредсказуемости природы.

В 1978 году Джон Энтони Уэст отметил интригующий факт: следы эрозии на Сфинксе в Гизе идут сверху вниз, указывая, по его предположению, на то, что они были вызваны обильными дождями.

Но, насколько нам известно из истории, Сфинкс стоял в засушливой песчаной пустыне. И в самом деле, он обычно был буквально покрыт песком, а это гарантировало, что его нижняя часть будет защищена. Тем не менее его глубокая эрозия очевидна для любого наблюдателя. И что же это сулит для нынешней археологической датировки Сфинкса? Ответ напрашивается сам собой: проблемы. Так как, согласно Уэсту, в Египте не было столь обильных дождей с конца последнего великого ледникового периода, имевшего место примерно 10 тысяч лет до н. э. Но так ли это?

В апреле 1991 года группа американских ученых получила разрешение провести геологическое исследование Сфинкса. В частности, они хотели собрать научные данные о формах наблюдаемой эрозии. Ключевой фигурой в этой команде был профессор Роберт Шох из Бостонского университета, геолог, специалист в области выветривания мягких горных пород.

Как мы уже упоминали, Сфинкс не был построен из каменных блоков, как пирамиды, а был высечен из живой скалы известняковой породы, которая залегает на плато в виде пластов различной степени твердости. Представляется, что изначально, возможно, на поверхности плато выступала часть более твердой породы; из этой части была высечена голова Сфинкса. Усилия затем были направлены вниз, на более мягкий известняк: по кругу был вырублен котлован, но оставлен в центре массив нетронутой скальной породы, которому затем еще больше придали форму туловища Сфинкса. Считается, что большое количество скальной породы образует часть внутренних блоков одной или нескольких пирамид. Какая-то часть, несомненно, использовалась при строительстве Сфинксового храма. Этот район, по существу, является карьером.

Поскольку корпус Сфинкса располагается ниже прежнего уровня поверхности и находится внутри широкого искусственного котлована, то он очень быстро засыпается песком. На протяжении большей части своей истории, таким образом, его туловище было скрыто под песком. Над поверхностью видна была только его голова.

Профессор Шох отметил, что, коль скоро Сфинкс и внутренние стены искусственного котлована были вырублены из одной и той же скальной породы и в одно и то же время, с геологической точки зрения, они одного и того же возраста. На них одинаково должны были влиять стихии, вызывающие эрозию, будь то поднимаемый ветром песок или вода в виде наводнений или дождя.

Кроме того, многие из древних гробниц, находящихся к югу от Сфинкса, но также являющихся частью комплекса Гизы, были сходным образом сооружены из того же известняка и, согласно общепринятым представлениям, примерно в то же время. Как и следовало ожидать, на них видны отчетливые следы эрозии, вызванной действием песчаных бурь. Если весь комплекс был сооружен примерно в одну и ту же эпоху, то следовало бы ожидать наличие повсюду жадных эрозивных моделей.

Как ни странно, но профессор Шох обнаружил нечто совсем иное. Сфинкс и котлован вокруг него имели модель, весьма непохожую на ту, что была свойственна гробницам. Это настолько бросалось в глаза, что, по словам Шоха, попросту невозможно было рассматривать эти сооружения как имеющие один возраст. Разительно контрастируя с другими монументами Гизы, «тело Сфинкса и стены выемки вокруг него глубоко изъедены и эродированы… Следы эрозии очень глубокие, очень древние».

Профессор Шох пояснил, что эрозия, которую он наблюдал на Сфинксе и стенах котлована, является «классическим, описанным в учебниках, примером того, что происходит с известняковым образованием, когда оно в течение тысяч лет подвергается воздействию дождя… Это явно дождь вызвал эти эрозионные следы… Он выявлял слабые места в скальной породе и размывал их до этих выбоин – для меня, как для геолога, явное свидетельство того, что эта эрозионная картина стала результатом дождевых осадков».

Профессор Шох также указал на царские гробницы в Саккаре, построенные из сырцового кирпича. Несмотря на то, что они считаются на несколько сотен лет древнее Сфинкса, они не обнаруживают никакой подобной картины выветривания, даже при том, что кирпич-сырец является гораздо более хрупким строительным материалом, чем известняк.

Известно, что в прошлом был продолжительный период, во время которого много осадков выпало в Северной Африке. Очень давно, примерно 40 тысяч лет до н. э., климат был умеренным и выпадало достаточно осадков, чтобы зеленые просторы саванны изобиловали жизнью. Здесь, на берегах рек и озер, древний человек создавал поселения, чтобы охотиться и ловить рыбу.

Затем наступил очень продолжительный засушливый период, который за десятки тысяч лет превратил этот район в пустыню в ее нынешнем виде. Но около 8000 г. до н. э. начался еще один период дождей, и большая часть этой пустыни постепенно снова превратилась в обширную плодородную равнину. Эта эпоха длилась – вместе с несколькими промежуточными периодами засухи – примерно до 4500 г. до н. э. На просторных богатых пастбищах процветала народность, которая до сего дня остается довольно загадочной. Этот народ просуществовал, приспосабливаясь к неуклонно уменьшающимся запасам воды, вплоть, возможно, до 3000 г. до н. э. – примерно до времени появления первых династий египетских фараонов.

Именно этот дождливый период, вероятнее всего, и вызвал глубокую эрозию Сфинкса.

Профессор Шох серьезный профессиональный ученый, знающий, о чем говорит. Нет никакой причины, не считая предубеждения, отмахиваться от его заключительного – драматичного – вывода: что Сфинкс, судя по всему, относится, по самой меньшей мере, примерно к 7000—5000 гг. до н. э., к основному времени этого дождливого периода эпохи неолита. Шох пишет:

«Нынешние данные, взятые в целом, говорят мне, как геологу, о том, что Великий Сфинкс Гизы значительно старше, чем его традиционная датировка примерно 2500 годом до н. э. Более того, мои нынешние подсчеты, основанные на имеющихся у меня под рукой данных, показывают, что истоки гигантской скульптуры могут восходить, по крайней мере, к 7000—5000 гг. до н. э., а возможно, даже к более ранним временам».

Когда эти заключения стали достоянием публики, началось противодействие со стороны официальных структур. Группа ученых была изгнана с места полевых исследований египетскими властями – к счастью, уже после того как они собрали всю необходимую информацию. И с 1993 года никакие геологические исследования уже не разрешались.

Египтологи громко выражали свое неприятие находкам профессора Шоха. Геологи громко выражали свою поддержку.

Когда эти находки были публично озвучены в октябре 1992 года на проходившем в Сан-Диего ежегодном собрании Американского геологического общества, десятки геологов, видевших своими глазами эти данные, были удивлены, когда им сказали, что никто раньше не заметил эти очевидные эрозионные модели. Выводы профессора Шоха о том, что Сфинкс был разъеден дождями, были приняты без сопротивления.

Непримиримый оппонент д-р Хавас, будучи спрошен обо всех тех данных, которые вроде бы влекут за собой пересмотр датировки Сфинкса, запальчиво ответил: «Под всем этим нет абсолютно никакой научной базы».

Однако профессор Шох остается спокойным наперекор подобной непреклонной критике: «Мне говорят вновь и вновь, что народы Египта… не имели ни технологии, ни социальной организации, необходимых для того, чтобы вырубить ядро туловища Сфинкса в додинастические времена…»

Это справедливая критика. Безусловно, в том, что нам известно о додинастическом Египте, ничего не говорится о каком-либо подобном правителе или правителях, которые могли бы командовать требуемой рабочей силой и организацией. Правда, изучение этой эпохи все еще находится в самом зачаточном состоянии. Да и в любом случае, как правильно указывает профессор Шох, это не его забота. «Как я понимаю, это не моя проблема как геолога… в действительности это задача египтологов… выяснить, кто его высек». И без обиняков прибавляет, бросая прямой научный вызов египтологам: «Если мои данные вступают в противоречие с их теорией о развитии цивилизации, то, может быть, им уже пора сделать переоценку этой теории».

Выводы и следствия

У вывода профессора Шоха далеко идущие следствия. Если Сфинкс удален во времени от остального комплекса Гизы, то это означало бы, что это место имело религиозное значение задолго до возвышения фараонов. Это также бы свидетельствовало о том, что храм рядом со Сфинксом также датируется той же эпохой. В свою очередь, это указывало бы на то, что народ, живший в то время, был не только способен создать Сфинкса, но и достаточно развит в техническом отношении, чтобы уметь манипулировать каменными блоками весом свыше 200 тонн, что в четыре раза превышает вес блоков, использовавшихся, к примеру, в Стоунхендже. Ибо именно из таких гигантских блоков и построен храм Сфинкса.

Если мы возьмем эти выводы в качестве рабочей гипотезы и снова обратимся к данным археологических раскопок с мест, относимых к додинастическому периоду, то обнаружим, что, вопреки громогласным возражениям египтологов, не вполне верно говорить о том, что до появления царств 1-й династии не существовало социальной организации и технологии для создания Сфинкса. К тому же нам не приходится ссылаться в этом случае на атлантов, как это делают Хэнкок и другие.

О додинастическом периоде известно мало, однако некоторые фрагментарные сведения все-таки дошли до нас. В них можно различить намеки на то, что могло представлять собой элементы гораздо более могучей и гораздо более древней культуры. И знаменательно, что эти намеки приводят нас в район Гизы, в район местонахождения Сфинкса.

Один из самых ранних и крупнейших населенных центров в додинастическом Египте находился всего лишь по другую сторону Нила от Гизы – в Маади. Здесь на площади в сорок пять акров были найдены очень древние останки. Раскопки в этом месте проводились с 1930 по 1935 год, однако, как это часто случается в истории археологии, окончательный доклад так и не был опубликован. Останки в Маади датируются, по-видимому, примерно 3600 г. до н. э., но вполне могли относиться и к более ранним временам. Установят это только дополнительные раскопки. Это единственное на сегодня известное место такого типа, но, возможно, существовали и другие, ныне глубоко погребенные под песками пустыни или под развалинами более позднего династического периода.

Маади являлся преимущественно торговым центром, по своему местоположению находясь на пути главного маршрута, ведшего к медным копям Синая, и в самом верховье дельты Нила, в важнейшем пункте для судоходства. Раскопки выявили три характерные особенности города: неизвестно никакого более раннего места в Египте, в котором такую роль играла бы торговля; имеются указания на крепкие интернациональные связи с проживавшими тут иноземцами; и это одно из самых ранних известных мест в Египте, где обрабатывался металл.

Торговля и металлургия требуют хорошо организованного населения. Они включают в себя процесс сбора и складирования продукции, контроль за транспортировкой, ведение учета сделок, обещаний и долгов. Металлургия к тому же предполагает наличие познаний в горнодобывающем деле, плавке и формовке, чтобы изготовить медные бруски, инструменты и предметы оружия, находимые археологами. Многие из этих предметов, без сомнения, производились на экспорт.