— Успокойся, чувак, просто выслушай меня, ладно? — начал Джекс, но я снова кинулся в сторону двери куда ее выводили. Он снова меня толкнул. — Все выйдете, и кто-нибудь позвоните Католику! Срочно! — крикнул Джекс уходящим. — А теперь слушай меня…
— Пошел нахер Джекс, она меня опозорила перед всеми, перед клубом и перед братьями, ей это с рук не сойдет! Дрянь! Подстилка гребаная! Я, мать ее, нахер зарежу. — заорал я.
— Просто заткнись, мать твою! Ты задолбал уже! Подожди Католика и подумай вот над чем, почему Дэйва с нами не было? Там должны были быть все! — сказал Джекс, выхаживая по комнате. — Неужели, ты мать твою, совсем голову потерял? Опомнись брат. Что с тобой происходит?
Я застыл, я об этом не думал, и правда, почему Дэйва с нами не было, там были все члены клубов, но не он.
— В последнее время Католик давал ему какие-то задания втайне от всех. Может это он велел ему остаться в клубе. — сказал я
— Я тоже это заметил, ты никуда не пойдешь, пока не придет Католик, и мы все не выясним, — ответил Джекс
— Джекс, если надо будет я убью тебя, что бы добраться до нее, и мне никто не помешает, так что уйди с дороги, по-хорошему. — сказал я настолько спокойно, насколько только мог.
Но это была лишь пыль в глаза потому, что все во мне кипело. Женщина, которой я доверял, без которой не мог прожить и дня, меня предала. Она собиралась переспать с моим братом, при этом, она каждый раз доказывала мне, что она ни какая-нибудь клубная шлюха. И я ей верил. Но я облажался, я поверил этой ведьме, да какой там ведьме, этой шлюхе, этой шалаве. И она заплатит за это!
— Я, блядь, заказал ей жилет. Я посмешище для всех, Джекс. Я чертов олень с километровыми рогами.
— Успокойся, Гибс.
— Ладно, — сказал я Джексу, — Дождемся Католика.
Джекс явно расслабился от моих слов, он сел на кровать и уткнулся лицом в ладони. Я воспользовавшись моментом, подбежал и со всего размаху ударил его по голове так, что почти вырубил его, выскочил из комнаты и побежал вниз по лестницам. Я увидел с дверей клуба, как Очкастый усаживал ее на пассажирское сиденье своей тачки и увидел, как подъезжает Католик. Я выбежал на двор и направлся в сторону рыжей. Тут Католик позвал меня, но я не обратил внимания, зато повернулся Очкастый и заорал.
— Убирайся Гибс. Кто-нибудь задержите его!
Но я только шагал все быстрее, моя цель была прямо передо мной, я не видел ничего вокруг, кроме ее испуганных глаз и слез. Я убью эту суку, меня ничто не остановит. Я завтавлю ее страдать перед смертью, она узнает какого это быть преданной, она заплатит за свое поведение, она заплатит за то, что внушила мне, что она не такая как все. Она меня предала и ей конец!
И тут передо мной оказался Католик.
— Гибс, — сказал он, смотря прямо на меня. — В чем дело?
— Не твоё дело, убирайся с дороги. — зарычал я на него.
— Все, что происходит в моем клубе моё дело, Гибсон, стой, я с тобой говорю! — закричал он, когда я прошел мимо и толкнул его.
— Мать вашу, он убьет ее, задержите его! — кричал Очкастый.
— Стой! Я с тобой разговарию Рэй! — сказал Католик.
Я увидел, как Очкастый направляет на меня пушку, он думает я испугаюсь, но он очень сильно ошибается, я не остановлюсь ни перед чем. Я провел большим пальцем правой руки по своей шее, смотря прямо в глаза рыжей, тем самым говоря, что она покойница. Она смотрела на меня и не шевелилась. Она знает, что ей конец.
И тут, кто-то сзади ударил меня по спине, я упал на землю, не мог несколько секунд вдохнуть, как будто, все клапоны в моем теле закупорились, я даже откашляться не мог, я задыхался. Я старался повернуться на бок и упал на спину и кое-как смог вдохнуть. Я слышл женские крики, потом услышал отъезжающую машину, и понял, что рыжая уехала. Я попытался встать, но боль в спине отдавалась во всем теле. Надо мной навис Католик, этот сукин сын знал куда бить, всегда. Он знал все приёмы и все места, что бы вырубить одним ударом человека.
— Никогда больше не толкай меня, и не поворачивайся ко мне спиной, ты сопляк чертов. Я президент этого клуба, это я решаю, кто будет сегодня жить, а кто умрет, а ты молокосос хренов, только подчиняешься мне. Надеюсь, мы поняли друг друга потому, что иначе, я сдеру с тебя кожу живьем, ты меня понял, Рэй? — абсолютно спокойно сказал Католик, и я кивнул. — А теперь встань, и расскажи какого хера ты вытворяешь?
— Это мои с ней дела, а не клуба, так что обсуждать тут нечего.
— А мне похер, я спрашиваю, ты отвечаешь Гибсон. Так что я даю тебе еще один шанс. Что тут произошло, мать твою, Рэй, ты мне скажешь или я придушу тебя на месте!
— Она спит с Дэйвом
— Ты в этом уверен?
— Я поймал их наверху.
— Ладно, — сказал Католик, и запустил пыльцы себе в волосы и начал теребить их. — Значит Дэйв здесь? — спросил он
— Да.