- Да.
- Какие-нибудь семейные причины?
- Отчасти да. Но еще и личные.
- И все-таки вы капельку влюблены?
- Ничуть. Поверьте мне. Я люблю разговаривать с ним. Мне это просто необходимо. Фред такой непримиримый, такой импульсивный - иногда мне просто трудно выдержать. А Реми - полная ему противоположность: он до крайности уравновешен, понимаете, даже чересчур. Но я прямо-таки упиваюсь этим избытком равновесия. Вдыхаю его всеми порами - это помогает мне держаться. Стоит мне увидеться с ним, и я чувствую себя лучше успокоенной, отдохнувшей.
- Успокоенной, но чуть-чуть виноватой?
- Уверяю вас, нет.
- И все-таки - вы ведь обманываете мужа?
Она похлопала глазами, покосилась на меня, мило передернула плечиками.
- Ну, если вы так считаете...
- Я ничего не считаю, боже сохрани!
- Я хочу сказать... Поскольку я предоставляю ему право... он со своей стороны тоже должен мне позволить... Нет, положа руку на сердце, никаких угрызений я не испытываю.
- Но ему было бы неприятно, если бы он узнал, что вы встречаетесь с человеком, с которым он в плохих отношениях?
(Молчание.)
- Представьте себе, не думаю. Я уверена, что Фреди страдает из-за этого разрыва. Они росли вместе как родные братья. Их связывают воспоминания детства, юности! Иногда мне кажется, что, если бы он узнал... если бы я ему сказала: "Я видела твоего двоюродного брата", он бы даже обрадовался.
- Может быть, вы могли бы их примирить?
- Нет, теперь уже поздно.
Ответила без раздумий, холодно, с непоколебимой уверенностью.
- Они оба воспротивятся сближению. Не знаю, что между ними произошло. Когда я случайно познакомилась с Реми у наших общих друзей, они не встречались уже много лет. Реми не хочет говорить на эту тему, он качает головой и улыбается грустно, но твердо. Фред делает вид, что у него вообще нет никакого кузена. Единственное, что я знаю, вернее, о чем догадываюсь, - что Фреди чем-то глубоко оскорблен.
- Хорошо. Ну а ко мне?
- Простите, не поняла?
- Ко мне вы тоже пришли тайком? Пришли посоветоваться, не сказавшись ему?
- Что вы! Наоборот: это он убедил меня обратиться к вам. Он же видит, что я несчастна. Ведь я иногда дохожу до мыслей о самоубийстве.
- Ничего, мы все уладим.
Она ушла приободренная. Но это ненадолго. Пока - подведем итоги.
Брак по любви, укрепленный взаимопониманием: гневным неприятием современного миропорядка. У нее это неприятие умеряется атавистическими чувствами, унаследованными от многих поколений богатой протестантской буржуазии. У него, по ее словам, выражено столь необузданно, что она порой теряет душевное равновесие. Потом - знакомство с Реми, который на меня производит впечатление этакого тюфяка. Тем не менее она встречается с ним тайком и поэтому чувствует себя виноватой больше, чем хочет признаться мне и даже самой себе. В то же время нянчится со своим знаменитым мужем, как мать с капризным дитятей, но жаждет (не без замирания сердца) быть причастной ко всем крайностям этой мятежной натуры. Раздираема этим влечением и боязнью загубить себя.
Может быть, следует повидать мужа? Чтобы проверить ее слова. Оскорблен, говорит она. Чем и насколько глубоко? Не тут ли причины ее болезни? Попробуем также, если удастся, повидать этого Реми. Что это? Простая дружба? Неосознанная любовь? Увидим.
2
Первая запись Эстер Обань в истории болезни N Y... (Фредерик Легран).
На газетных фотографиях у него во рту неизменная трубка. Прекрасно. Добрый знак. (...)