Окольцованные злом: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не в бровь, Марина Викторовна, а в глаз. — Плещеев уважительно повернул в ее сторону голову, сунул в рот подушечку «Дирола». — Он непосредственный исполнитель. Заказчики уже пытались убрать его, а когда не выгорело, сдали со всеми потрохами. Ишь каков, неотразим, как Ален Делон, дерется, как Брюс Ли, стреляет, как Джеймс Бонд. Экстра-класс, элита!

Речь шла о московском суперкиллере по прозвищу Борзый, его профессионализм и наглость не знали границ. Он отстреливал клиентов в мчащихся на полной скорости машинах, кончал их с расстояния в триста метров через щели в жалюзи, резал на виду у охраны и благополучно исчезал. В девяносто пятом во время задержания он угробил шестерых муровцев, причем один из оперов был убит чайным блюдечком, перерезавшим ему щитовидный хрящ. Практически не курит, практически не пьет, всегда в отличной форме, единственная слабость — женщины, преимущественно брюнетки.

— Да, каков молодец, с таким придется повозиться. — Плещеев сделался серьезен, в голосе его прорезалась сталь. — Хлебнем еще лиха. — Внезапно, осененный какой-то мыслью, он замолчал, проницательная усмешечка заиграла на его губах. — Скажите, Марина Викторовна, давно вы были на связи со Скунсом? Как он, в тонусе? Каков у него настрой?

— Игривый. — Пиновская пожала плечами, в ее глазах зажглись веселые огоньки. — Сайт себе задвинул с анимацией, анекдоты еврейские толкает…

— Ага, значит, дозревает. — Плещеев хлопнул в ладоши, лицо его просияло. — А мы вот что… Натравим-ка его на Борзого, пусть вцепятся друг другу в глотки. Противники достойные. А? Делайте ваши ставки, господа!

— Мортем эфугири немо потест. — Дубинин, жмурясь от наслаждения, впился зубами в сало. — Нирвана, неземное удовольствие!

Сомнений не было: предки его были с Украины.

Пиновская одобрительно кивнула, Кефирыч нахмурился, лоб его гармошкой съежился в недоумении:

— А капитан Немо-то тут при чем?

Для полноты картины. Фрагмент первый

Добрый день, господа студенты. Прежде чем коснуться нашей основной темы, мне хотелось бы напомнить вам один из библейских заветов, полученных еще Моисеем: не укради. Однако если говорить о древних захоронениях, то принцип этот повсеместно нарушался в течение всей обозримой истории человечества. Очень показателен в этом плане обнаруженный в 1935 году знаменитый папирус Амхерста-Капара, относящийся к царствованию фараона Рамзеса IX, в котором описывается одно из самых древних уголовных дел, связанных с осквернением захоронений в эпоху Рамзесидов. Как следует из него, профессия грабителей могил — одна из самых древних в криминальном промысле, уже тогда, более трех тысяч лет тому назад, существовали кланы профессиональных преступников, а также неотъемлемые атрибуты их деятельности — коррупция, подкуп и шантаж. И к чему же это все привело в конце концов?

Ступенчатая усыпальница Джосера[48], самая древняя пирамида Египта, была ограблена предположительно спустя пять веков после ее постройки. Пустыми оказались могилы самых древних фараонов в Абидосе, захоронение Хефрена и многие другие памятники многострадального Египта.

Да что там седая древность, достаточно кинуть взгляд в средние века. Так, в девятом веке халиф ал-Мамун, сын легендарного Харуна ар-Рашида, с помощью «огня и уксуса», как передают придворные летописи, пытался пробить ход внутрь Ахет-Хуфу, то есть пирамиды Хеопса, даже не подозревая о наличии входа на ее северной стороне. Ну и конечно, нельзя не сказать несколько слов о времени сравнительно недавнем, я имею в виду век девятнадцатый. Именно тогда в долине Нила трудился крупнейший международный вор от археологии итальянец Бельцони. Он работал на английского консула в Каире Солта и, не чувствуя ни малейшего уважения к памятникам старины, для вскрытия древних захоронений применял таран.

Именно таким образом удалось ему вытащить из гробницы фараона Сети I величественный алебастровый саркофаг, ныне украшающий Британский музей. А через несколько десятков лет появился еще один исследователь внутреннего устройства пирамиды Хуфу, известный богач Ричард Говард-Визе. В поисках предполагаемых сокровищ он не останавливался ни перед чем и в своих изысканиях вовсю использовал динамит, что, впрочем, к успеху его так и не привело.

Итак, создается впечатление, что к двадцатому столетию все египетские сокровища уже разграблены и археологам больше нечего делать на берегах Нила. Однако оказалось, что это далеко не так.

Пятого ноября 1922 года работавший в Долине царей египтолог Говард Картер напал на след какого-то погребения. Собственно, помог случай: под фундаментом одной из хижин, где жили рабочие, обнаружились ступени ведущей куда-то вниз лестницы. В результате предпринятых раскопок Картер вскоре добрался до стены, запечатанной царской печатью в виде шакала и девяти фигур. Невероятно, но она оказалась нетронутой. За стеной открылся длинный ход, и, после того как его освободили от камней, показалась еще одна перегородка, на этот раз с нарушенной печатью. Чувство было такое, что гробницу уже вскрывали, а потом в спешном порядке замуровали вновь.

Наконец Картер добрался до камеры, забитой предметами царского обихода, которые были выполнены из золота, драгоценных камней и алебастра, стоимость их не поддавалась никакой материальной оценке. Самым дорогим из всех вещей был трон. Его богато отделанная поверхность была облицована золотом, фаянсовыми плитками и драгоценными камнями.

Спустя некоторое время обнаружили и вторую камеру. Она была примерно вдвое меньше первой, и ее также наполняла масса бесценных предметов обихода. Везде встречался титул их владельца: фараон Тутанхамон. Однако Картер был мрачен, все говорило о том, что много лет назад эти камеры уже вскрывались, а затем их спешно засыпали. И вообще, ему было непонятно, где же находилась собственно гробница фараона.

Наконец в феврале 1923 года Картер, волнуясь, замер перед северной стеной первой камеры, которую охраняли две черные статуи с позолоченными головами. С величайшими предосторожностями было проделано отверстие, и в глубине его в мерцании свечи тускло блеснуло золото.

За северной стеной обнаружился гигантский ковчег, занимавший почти все пространство выдолбленной в скале усыпальницы. Здесь же находились и ценнейшие предметы погребальной утвари, поражавшие воображение своим великолепием. Ослепленный их блеском, Картер не сразу приметил глиняную табличку с лаконичной иероглифической надписью: «Вилы смерти пронзят того, кто нарушит покой фараона». Египтолог был неробкого десятка, однако подобная находка могла испугать рабочих, и он приказал не вносить ее в инвентарный список. Немного позже, правда, на мумии Тутанхамона под бинтами обнаружится амулет с надписью: «Я тот, кто зовом пустыни обращает в бегство осквернителей могил», — но это будет потом. А в тот момент задыхавшийся от волнения Картер распахнул створки первого ковчега и нашел там второй, частично покрытый истлевшей от времени полотняной тканью. Покрывало украшали золотые цветы со звездами, и когда его сняли, то стали видны великолепные барельефы, изображавшие сцены загробной жизни.

И тут открылось нечто совершенно замечательное: печать на втором ковчеге сохранилась в целости и сохранности. Однако Картер не торопился, он тщательно все обследовал и вскоре обнаружил позади усыпальницы еще одно помещение, сокровищницу. У ее задней стены находился огромный обитый золотом ящик, выполненный в форме ковчега. Вокруг него стояли изваяния богинь — охранительниц мертвых. Картер сразу понял, что в этом золоченом ящике находились канопы мертвого фараона, и интуиция не подвела его, — вскоре исследователи неподвижно замерли над бесценными сокровищами и эмблемами владыки, жившего почти за три с половиной тысячелетия до нас.

У самого входа в сокровищницу на постаменте находилось изваяние бога-шакала Анубиса[49], а неподалеку на подставке виднелась голова священного быка Аписа. Центр помещения занимали великолепные шкатулки из слоновой кости, инкрустированные золотом и синими фаянсовыми плитками, неподалеку располагались модели лодок с парусами, а у северной стены стояла колесница.

Прошло много месяцев, прежде чем усыпальница была расчищена полностью и Картер смог заняться разборкой внешнего ковчега. Это была очень трудоемкая работа. Толстые дубовые доски, покрытые золотом и фаянсовыми плитками, за тысячелетия ссохлись, и при каждом прикосновении возникала опасность необратимо испортить поверхность наружной оболочки. Наконец титаническая работа была закончена и второй ковчег освобожден, он также был велик: два метра в высоту и четыре в длину. Волнуясь, Картер сломал единственную неповрежденную печать в Долине царей, и в раскрытых дверях показался еще один ковчег — третий. Не дрогнув, египтолог отодвинул его засовы и неожиданно замер. Показался четвертый ковчег, еще более прекрасный, чем все предыдущие. Он также был выполнен из дубовых досок и покрыт золотом, однако его украшали еще прелестные барельефы, иероглифы и изображения богов. Не в силах сдержаться, Картер сломал печать, отодвинул засовы, и перед ним открылось ни с чем не сравнимое зрелище — огромный желтый кварцитовый саркофаг. Он был вырезан из монолитного блока, по его четырем углам стояли богини-охранительницы с распростертыми крыльями, а закрывала его тяжелая плита из полированного розового гранита. Управиться с двенадцатитонной глыбой без специального подъемного устройства было невозможно, однако прежде всего требовалось удалить из усыпальницы все части ковчега.

И вот наконец торжественный момент настал. Почтеннейшее собрание — губернаторы, министры, профессора из различных стран затаив дыхание уставились в открытый саркофаг. Однако вначале были видны только покровы, тонкая полотняная ткань, прикрывавшая его содержимое, ее осторожно убрали, и при виде золотого гроба присутствующие восхищенно замерли. Верхняя его часть была выполнена в форме мумии, длина его составляла два с половиной метра, а изготовлен он был из твердого дерева, покрытого толстым слоем позолоты. Антропоидная форма гроба соответствовала облику Осириса. Его голова и руки были выполнены из золота, а лоб украшен двумя эмблемами — это были коршун и кобра, сделанные из стекла и фаянса. «О матерь Нут, — было написано на гробе, — да будут распростерты надо мной твои крылья как извечные звезды».

А тем временем, пока весь мир с нетерпением ожидал, когда же мумия фараона увидит свет божий, возникли непредвиденные недоразумения между английским и египетским правительствами, имевшие политическую подоплеку. Гробницу официально закрыли, и лишь в январе 1925 года все заинтересованные стороны пришли к согласию.

Наконец-то Картер открыл золотой гроб Тутанхамона, и сразу же обнаружилось, что в нем имелся еще один — второй, являющийся шедевром древнеегипетского художественного ремесла. Длина его составляла два метра, он был покрыт инкрустациями из золота и очертаниями напоминал фигуру Осириса. Когда вскрыли второй гроб, в нем оказался третий, целиком состоявший из золота и весивший около полутонны. Он изображал молодого Тутанхамона в образе Осириса. Его лицо, шея и руки блестели полированным золотом, а на груди лежали большие бусы, украшенные синим фаянсом. Весь гроб был инкрустирован полудрагоценными камнями, и в нем находился сам Тутанхамон. Семь браслетов украшали его правую руку от локтя до запястья, шесть — левую, грудь фараона была покрыта многочисленными амулетами и священными эмблемами, которые должны были облегчить ему жизнь в Царстве мертвых. Тело же самого Тутанхамона едва напоминало человеческое — было обуглено до неузнаваемости и предстало перед глазами ученых чем-то почти совершенно разложившимся.

Как выяснилось чуть позже, большое количество благовонного масла было разлито около царских останков, и в течение тысячелетий оно, почернев, превратилось в смолистую массу, которая приклеила золотую маску в саркофаге так плотно, что, несмотря на все усилия, сдвинуть ее с места не удалось. Жирная же кислота, содержавшаяся в благовониях, действуя на протяжении веков, вызвала полное обугливание мумии фараона.

Учитывая все это, было принято решение не перевозить останки Тутанхамона в музей Каира, а оставить их в погребальной камере Долины царей.

Похоронная же утварь, предметы обихода, фобы и ковчеги — все это давно уже вывезено из усыпальницы фараона и находится в Музее египетских древностей. Мой вам совет, господа хорошие, если будете в Каире, обязательно посмотрите — чрезвычайно занимательно.

— Прощай, лохматая. — Башуров похлопал «семерку» по капоту, завернул в супермаркет и, нагрузившись продуктами, за полтинник добрался до гостиницы «Чайка».

[48] Древнейшая из сохранившихся до наших дней построек из камня в Египте, знаменитая ступенчатая пирамида фараона третьей династии Джосера, сооруженная его визирем Имхотепом, великим зодчим, астрономом и врачом, впоследствии обожествленным.

[49] Греческое название древнеегипетского бога загробного мира Инпу (Упуата), покровителя умерших и обряда бальзамирования. Обычно изображался в виде человека с головой шакала.