Джек Вэнс. Месть. (Сборник): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— И на каком удалении, если это вам тоже открылось?

Никто из них не осмелился на большее, чем предположение.

— В таком случае мы будем двигаться, пока не станет ощутимой перемена в направлении, откуда просматривается ггер.

С этими словами ксексианин удалился.

— Увидим ли мы еще когда-нибудь Землю? — с горечью в голосе произнес Тарберт.

— Самому хотелось бы знать, — ответил Бек.

— Не дали взять с собой даже зубной щетки. Даже смены белья, — пожаловалась Маргарет.

— Можешь позаимствовать что-нибудь в таком роде у одного из ксексиан, — предложил Бек. — Эпиптикс одалживает Тарберту свою электробритву.

— Твой юмор немножко неуместен, — кисло улыбнувшись Беку, ответила Маргарет.

— Хотелось бы знать, на каких принципах все это работает, — произнес Тарберт, скользя взглядом по отсеку, в котором они находились. — Силовая установка резко отличается от всего, о чем мне когда-либо приходилось слышать. — Он подозвал жестом Эпиптикса. — Объясните нам, пожалуйста, принцип действия двигателей.

— Мне ничего неизвестно по данному вопросу, — категорично заявил переводчик. — Корабль очень стар. Он был сооружен еще до начала великих войн.

— Нам очень хотелось бы понять, как работают эти двигатели, — пояснил Бек. — Как вам известно, мы даже не представляем себе скоростей выше, чем скорость света.

— Можете смотреть, сколько вам угодно, — сказал Эпиптикс, — потому что ничего не увидите. Что же касается того, чтобы мы поделились с вами нашими технологическими достижениями, то об этом не может быть речи. Ваша раса переменчива и склонна к потаканью своих капризов. Не в наших интересах предоставить вам шанс расселиться по всей галактике.

— Грубые варвары, — пробурчал Тарберт, когда ушел Эпиптикс.

— Мда, обаятельными их никак не назовешь, — заметил Бек. — Но, с другой стороны, им неведомы никакие пороки, свойственные людям.

— Благородный народ, — сказал Тарберт. — Вы хотели бы, чтобы ваша сестра вышла замуж за кого-нибудь из них?

Разговор прекратился. Бек попробовал заглянуть в пара-космос. Его мысленному взору представились размытые контуры корабля, что могло оказаться не ясновидением, а просто проявлением способности его сознания создавать зрительные образы и ничем более. Все остальное оставалось покрыто мраком.

Усталость в конце концов сморила всех троих землян и они уснули. Когда они проснулись, их покормили, во всем же прочем на них просто не обращали никакого внимания. Они беспрепятственно бродили по всему кораблю, находя повсюду механизмы, назначение которых для них было абсолютно непостижимым, да и изготовлены они были с помощью таких технологических приемов, которые казались странными и загадочными.

А путешествие продолжалось и только движение часовой — и минутной — стрелки позволяло судить о ходе времени. Дважды ксексиане совершали какой-то маневр, чтобы вывести корабль в нормальное межзвездное пространство и предоставить землянам возможность уточнить местоположение ггера, после чего производилась соответствующая корректировка курса, и корабль снова устремлялся вперед. Во время этих остановок складывалось впечатление, что ггер как бы расслабился после состояния злобной сосредоточенности, в которой он каждый раз впадал перед этим. Желтый глаз опускался и плавал на поверхности бесформенной студневидной массы как яичный желток в чашке с молоком. Что касалось расстояния до него, то определить его все еще было невозможно. В пара-космосе «расстояние» не поддавалось точному измерению, и Бек с Тарбертом с тревогой задумывались над тем, не обитает ли он в какой-нибудь очень удаленной галактике. Но во время третьей остановки ггер больше уже не висел прямо перед ними, а сдвинулся в направлении кормы и располагался под тем же азимутом, что и одна тусклая красная звезда. Теперь он был огромен и выглядел еще более угрожающе, и даже когда они глядели на самые края его черной массы, желтое глазное яблоко неуклюже по ней перекатывалось, чтобы занять торцевую поверхность. Было крайне трудно отделаться от ощущения, что оно является неким органом восприятия.

Ксексиане развернули корабль и какое-то время курс его был точно противоположен прежнему. Когда корабль на следующий раз вышел из квази-космоса, красная звезда висела точно под ним в сопровождении единственной холодной планеты. Сконцентрировав все свои органы чувств, Бек различил размытые контуры ггера, наложенные на диск планеты.

Она-то и была родным домом ггера. На заднем плане мысленно просматривался пейзаж планеты, темная причудливая равнина, испещренная чуть фосфоресцирующими топями, с обширными участками, покрытыми вроде бы растрескавшейся пересохшей грязью. Ггер занимал центральное место в этом пейзаже, нити от него распространялись во всех направлениях, глазное яблоко перекатывалось и пульсировало.

Корабль вышел на околопланетную орбиту. Поверхность планеты при наблюдении в телескоп выглядела ровной и однообразной, лишенной каких-либо характерных образований, и только кое-где просматривались отдельные маслянистые болота. Атмосфера была разреженной, холодной и наполненной зловонными испарениями. У полюсов виднелись беспорядочные нагромождения чего-то черного, покрытого коркой, напоминающего горелую бумагу. Ничто не указывало на наличие на планете разумной жизни, на ней не было никаких искусственных сооружений, руин или источников света. Единственным достойным внимания образованием была грандиозная расселина в высоких широтах, борозда, похожая на трещину на поверхности старого шара для игры в крокет.

Бек, Тарберт, Птиду Эпиптикс и еще трое ксексиан облачились в скафандры и расположились в спускаемом аппарате. Он отделился от корабля и стал плавно опускаться на поверхность. Бек и Тарберт, сканируя мысленно простиравшуюся под ними равнину, в конце концов пришли к согласию в отношении местонахождения ггера — небольшого озерка или пруда в центре обширного углубления, куда солнечный свет проникал, скользя по долгому пологому склону.

Спускаемый аппарат с натужным воем пронзил верхние слои атмосферы и совершил посадку на невысоком бугре в полумиле от пруда.

Все шестеро вышли из спускаемого аппарата и теперь стояли под тусклыми лучами красного солнца на глинистой поверхности с вкраплениями гравия. В нескольких метрах от них виднелась черного цвета поросль вышиной по колено, чем-то напоминавшая лишайник — крошево из мельчайших кристаллов в виде обугленной капусты. Над головой простиралось пурпурное небо, переходящее в зеленовато-бурое у горизонта. Само углубление представляло из себя унылое пространство, окрашенное лучами солнца в темно-бордовый цвет. В центре его почва была влажной и черной, затем она постепенно переходила в болотную слизь и в конце концов в жидкость. Над поверхностью жидкости торчал невысокий бурдюк из черной кожи.

— Вот это и есть ггер, — произнес Тарбер, показывая на бурдюк.

— Не очень-то смотрится, разве не так, — заметил Бек, — по сравнению со своим аналогом.

Эпиптикс сморщился, пытаясь проникнуть сознанием в пара-космос.

— Он знает, что мы здесь.

— Да, — сказал Бек, — определенно знает. Поэтому так встревожен.