У Зана зазвонил телефон, и все подпрыгнули от неожиданности.
— Это мама, — пояснил он и вышел из комнаты. Я хотела пойти с ним, но он должен был сделать это сам.
Вернулся Страйкер и отдал мне телефон.
— Ну, и-и? — спросила Триш, передавая ему тарелку с панкейками.
Я дала ему вилку, и парень принялся за еду.
— Это не твое дело, Триш.
— Как скажешь, — невозмутимо ответила Триш. — Все знают, что ты переживаешь за нее больше, чем можешь признать. Но сейчас не время для этого. Зан разговаривает со своей мамой.
Мы ели на кухне стоя. Зан отсутствовал уже довольно долго.
— Может, посмотреть, как он? — спросил Уилл.
— Нет, все нормально. Просто дайте ему время, — сказала я.
Мы подождали еще немного.
— Может, сама посмотришь? — спросила Триш. — Эта неопределенность меня убивает.
— Ну ладно, ладно, — я бросила тарелку в раковину и пошла к дверям.
Я обнаружила Зана на лестнице в коридоре, который вел к входной двери. Он уже не говорил по телефону.
— Эй, мы вроде как волнуемся, — я присела на ступеньку рядом с ним. Он почти не двигался, только щелкал серебряной зажигалкой, которую держал в руке. — Эй, — я опустила руку ему на плечо, и он будто вышел из транса.
— Прости. Я задумался, — сказал он. Я положила голову ему на плечо, а он обнял меня и поцеловал в щеку. — Его арестовали. Мама сходит с ума от беспокойства, а Стив уже собрал всех адвокатов, которых мог купить на свои деньги. А я просто стараюсь держать себя в руках.
— У тебя очень хорошо получается.
— Вранье.
Я чувствовала, как он дрожит.
— Но я все равно тебя люблю.
— Я тоже тебя люблю, — он повернул голову и поцеловал меня.
— Как ты?
— Спроси меня об этом завтра. Сейчас я и сам не знаю.
Зан
События происходили одновременно быстро и медленно. Мне лишь удалось сконцентрироваться на некоторых самых главных. Все остальное было словно в тумане.
Мама и Стив поехали вносить залог за моего брата. Зака арестовали и выгнали с колледжа. Кэти вернулась в общежитие.
Все это время Шарлотта находилась рядом, помогая мне не сорваться. Она была со мной всегда, когда я в ней нуждался. Когда мне требовалось выйти из общежития, чтобы не сойти с ума в четырех стенах, она тоже меня сопровождала. Мы гуляли и болтали о всяких глупостях вроде любимой рекламы или лучшего рецепта приготовления французских тостов.
Мама хотела, чтобы я тоже приехал, но я отказался. Она кричала, что это останется на моей совести, а я просто молча слушал ее вопли.
— Ты что не понимаешь? Твой брат потерял все. — Разумеется, мама предпочла забыть, что Зак нанес Кэти телесные повреждения. Могу поспорить, она вообще считала, что Кэти сама виновата, и это было самым отвратительным во всей истории.
— Он заслужил это, — я бросил трубку и повернулся, чтобы поцеловать Шарлотту. Она улыбнулась и мерзкое ощущение, будто мне вырвали из груди сердце, исчезло.