— Я поцеловала Зана.
— Погоди-ка, что? Так ты из-за этого расстроилась? — он не казался слишком уж шокированным.
— Да. Нет.
Он прижался подбородком к моей макушке и убрал мои волосы назад.
— Если бы существовал приз за гипертрофированное чувство вины, ты бы его выиграла.
— Мне не до шуток, Уилл.
— Прости, Лот, — подняв мой подбородок, чтобы я смотрела ему в глаза, он сказал: — Миру не придет конец только потому, что ты поцеловала Зана.
— Вообще-то, он поцеловал меня.
— Лотти, — скривился он.
— Знаю. Но я все равно не должна была это делать, — я снова спрятала голову у него на груди.
— Если я спрошу тебя кое о чем, обещаешь ответить честно, чтобы я не мог уличить тебя во лжи?
Я знала, что он спросит.
— Тебе же нравится Зан, да? — спросил он.
Я подняла голову и посмотрела ему в глаза. Мне никогда не скрыться от него. Он мое зеркало, моя правда. Я никогда не смогу солгать Уиллу. Ни в таких мелочах, как съеденный украдкой пасхальный кекс, ни в чем-то более важном, как мои чувства к Зану.
— Да.
— Остановись на секундочку, — он вдруг застыл, словно в ожидании чего-то. — Ты это слышишь?
— Что?
— Еще секунду, — он подошел к моему окну и выглянул на улицу. — Если только это не гениальная компьютерная программа, специально разработанная для имитации нашей реальности, то, думаю, можно смело утверждать, что конец света не наступил из-за того, что ты признала существование своей симпатии к Зану.
Я взяла в руки подушку. Мне все еще требовался хоть какой-нибудь предмет, который я могла бы обнять.
— Я это не признавала. Ты сказал, что он мне нравится, а я просто с тобой согласилась.
— Лот. Игра слов тебе здесь не поможет.
Я покрепче обхватила подушку, словно она была моим якорем.
— Он не может нравиться, Уилл. Он последний парень на Земле, который мог бы мне понравиться.
— Кроме Зака.
— Я бы никогда в жизни не запала на Зака.
— Слава богу.
Он снова шлепнулся на мою кровать, и я склонила голову ему на плечо.
— Не волнуйся, я похороню эту тайну в нашем склепе.
Мы с Уиллом придумали особый склеп для своих секретов, о существовании которого было известно только нам двоим. Даже родители не знали о тайном шифре.
Он издал серию звуков, имитируя то, как закрывает этот склеп на замок и прячет ключ.