Соломин сидит на ступеньке «оппеля», рассматривает фотографии.
Руки Соломина перебирают фотографии. На фотографиях — чужая, незнакомая Соломину жизнь. Люди в гольфах, какие-то мальчики и девочки с роскошными бантами. Пожилая женщина с молотком для игры в крокет. Сам офицер под руку с пышной блондинкой.
Офицер, лежащий на дороге, вдруг шевелится, поднимает залитое кровью лицо.
Сквозь предсмертный туман он видит фигурку Соломина, сидящего на ступеньках «оппеля».
Немец поднимает руку с зажатым пистолетом, стреляет.
Оборачивается Ерофеич.
Выскакивает из машины Лазарев. Стреляет из автомата в офицера на дороге. Лазарев видит… Соломина, который полулежит у колеса «оппеля», привалившись спиной к крылу.
Лазарев подбегает к Соломину.
— Куда тебя? В спину? — растерянно спрашивает он.
Соломин хочет что-то сказать, но только слабо улыбается.
Немцы несут Соломина на сколоченных из жердей носилках. Они проваливаются по колено в снег, едва вытаскивают ноги. Но когда они замедляют шаги, Ерофеич вскидывает автомат, остервенело орет:
— A-а! Паскуды! Щас перестреляю!
И немцы идут быстрее.
Соломин смотрит вверх, в небо. Лазарев наклоняется к нему.
— Слышь, — вдруг говорит Соломин. — Ты фотокарточки собрал?
— Собрал, собрал, — отвечает Лазарев.
Соломин молчит, собираясь с мыслями.
— Лазарев… Тебя как зовут?
— Александром… Саша…
— А меня Витькой… Ты это… извини… Нехорошо я пошутил утром.
— Ерунда.
— Ингу жалко… Хорошая девушка…
— Что? — переспрашивает Лазарев.
Соломин не отвечает, смотрит в небо.
Движутся черные голые верхушки деревьев. Потом изображение светлеет, светлеет…
В будане пусто. На нарах сидят Локотков и Ерофеич. Локотков сидит в той же позе, в которой застал его, очевидно, приход Ерофеича. Он парил ноги и теперь так и сидит, поставив больные ноги в бадейку с водой. Ерофеич так и не успел снять свой заледенелый кожух.
— Я-то думал, офицер убит, а он очухался.
— Как Лазарев?
— Обстоятельно себя вел. — Ерофеич отряхивает полушубок. — Не подкачал.
Распахивается дверь. В землянку стремительно входит Петушков. С Локотковым он не здоровается, просто не замечает его.