Не узнать это лицо было невозможно. Хищный профиль, проницательные тёмные глаза, несмотря на довольно молодой возраст. В сорок лет жизнь ещё только начинается — именно это выражение стало ходить по королевству после того, как он произнёс его.
На меня с интересом смотрел король нашего государства.
Ричард Первый.
Человек, обладающий даром предсказания благодаря большой доле драконьей крови.
Я механически проверила кепку на голове. Даже в такой ситуации не могла сознаться в том, что девушка. Король смотрел на меня с доброжелательной улыбкой, но даже так я не могла вымолвить ни слова.
— Нехорошо получилось, — поджал губы Ричард Первый. — Всему виной желание быть ближе к народу. Что ж, придётся думать, как выйти из этой ситуации с достоинством.
В следующее мгновение он распрямил плечи и с сияющей улыбкой обратился ко всем на улице:
— Мои любимые подданные! Ваш король инкогнито опять гулял среди улиц Дамблина, но был рассекречен. Не воспринимайте это, как попытку шпионажа, просто воздух Дамблина слаще там, где трудится много простого народа! Меня периодически тянет в эти места. Этот прекрасный молодой человек, — указал на меня Ричард Первый, — сегодня совершил подвиг во имя короны, и я не могу не отблагодарить его. Я повелеваю зачислить…как тебя зовут, юноша?
— Р-р-ис Коэн, ваше величество… — пролепетала я, не заботясь, что голос может звучать по-женски.
— Так вот, повелеваю, чтобы Рис Коэн был зачислен в Академию Ричарда Первого государства
Инфлан на факультет отважных! За его мужество и отвагу ему там самое место!
Нет.
Нет-нет-нет-нет-нет!
Но было уже поздно. В небе прогремел гром, сверкнула молния, и в руках Ричарда Первого появились свиток и перо. Молния ударила в свиток, подтверждая магическую силу приказа, и король подписал его, окончательно закрепляя свое решение.
Приказы, подписанные магией богов, не подлежали обсуждению. Это означало, что в течение трех дней их необходимо было исполнить. А это означало, что в течение этого времени мне нужно было поступить на учебу в академию отважных.
Проблема была только одна.
В академии отважных обучались исключительно юноши!
Король пытливо смотрел на меня, ожидая бурной реакции.
— Ну как тебе, Рис Коэн, мое решение?
— С-спасибо, Ваше Величество…
— Не слышу в голосе уверенности! — нахмурился король, а затем задумчиво оглядел меня еще раз. — Хотя, пожалуй, я понимаю причину твоих сомнений. Ты симпатичен настолько же, насколько и отважен. Но это действие магии воды, вполне обычное явление для юношей с твоим даром. Но ничего, Рис Коэн! — снова улыбнулся король. — В академии заматереешь!
Послышался стук копыт по мостовой, и вскоре к нам подъехала королевская колесница. Из нее выскочил взъерошенный министр иностранных дел и бросился в ноги Ричарда Первого:
— Ваше Величество, не велите казнить! Мы обыскались вас и не сразу отправились в город!
— Ничего, мой милый Дерлин, я уже успел найти себе приключений! — бодро отозвался король, пребывая в отличном расположении духа. — Вот этого самородка зачисляем в академию отважных! — добавил он, протягивая мне свиток с указом.
— Прекрасная новость, Ваше Величество! А теперь, может быть, вернемся во дворец?
— Да, пожалуй, самое время. Мне пришло видение, которое не терпит отлагательств, мой милый Дерлин. Вперед, во дворец!
С этими словами Ричард Первый запрыгнул в колесницу и устроился на сиденье. На прощание он решил напомнить мне то, что я и так знала:
— У тебя мало времени, Рис Коэн, помни это! Через три дня ты должен быть в академии отважных. Иначе откат от заклинания будет преследовать тебя до конца жизни! Прощай, Рис Коэн! Увидимся снова, когда тебе потребуется моя помощь!
Я стояла в пыли от лошадиных копыт ни жива, ни мертва. Король только что с барского плеча подписал мне смертный приговор. Беда была в том, что даже он сам не смог бы отменить свой магический указ. То, что было подписано молнией, автоматически одобрялось богами.
У меня в голове пульсировал только один вопрос.