Только всем миром: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Это — точно! — отчего-то обрадовался парень.

— Но вы и правда не очень похожи, — сказал Чекалин.

— Тем Не менее вы меня все равно задержите?

— Не думаю, — сказал Чекалин. — Только выясним, когда пришел «Тайфун». И еще — действительно ли вы член его команды, простите уж. Минутное, в сущности, дело. Пойдемте.

Все трое прошли на территорию порта. «Тайфун» стоял под разгрузкой у третьего причала — недалеко было идти. И пяти минут не понадобилось, чтобы установить — в ночь убийства водителя такси Виктор Николаевич Ершов находился за много сотен миль от места преступления. Более убедительного алиби и придумать невозможно… Расстались с Виктором Ершовым почти друзьями: парень он был незлобивый, к тому же и с юмором. Пошутил напоследок:

— Весьма сожалею, что не сумел оказаться вам полезным.

Пришлось отвечать в лад ему:

— О, это уж была бы чрезмерная даже удача!

С коллегами из портовой милиции Чекалин и Исаев быстро нашли общий язык. Предстояло выяснить, кто работал в порту в ночь убийства (докеры, крановщики, охрана), проверить, нет ли среди них лиц, по приметам и композиционному портрету похожих на предполагаемого убийцу, проверить с той же целью экипажи судов, дислоцированных в порту, наконец, изучить личные дела работников порта (равно как и недавно уволившихся), сличить фотографии с композиционным портретом.

Вроде бы не так и много вопросов — всего три, но Чекалин отчетливо представлял себе, какой огромный объем работы предстоит по их выяснению. Достаточно сказать, что только судов, находившихся в ту ночь в порту, было (как тотчас подсказал кто-то) ровным счетом тридцать три, а на каждом до ста человек команды, и в час проверки какая-то часть людей непременно окажется в увольнении на берегу. Поэтому Чекалин попросил в первую очередь, притом неотложно, провести работу по двум первым заданиям. При этом подумал, что товарищам из портовой милиции с третьим заданием (проверка личных дел в отделе кадров) все равно не справиться в сколько-нибудь обозримый срок, надо будет дополнительно подключить людей.

Уходя уже, Чекалин спросил:

— Что, много ли людей бывает перед проходной после ноля часов?

Петрунин, майор, заместитель начальника портовой милиции, сказал:

— Хватает. Иногда не меньше, чем днем. Примерно в это время у ряда служб как раз пересменок. Я уточню, у кого именно.

Исаев остался в порту — чтобы уж до конца выяснить все про Буряка, того малого, который, если верить ему, единственно по дурости запугивал водителя Пономарева. Чекалин же, вернувшись к машине, велел шоферу ехать в райотдел, но, когда тот, вырулив на дорогу, уже включил левый указатель поворота, чтобы свернуть к центру, Чекалин вдруг (ему показалось, что неожиданно даже для самого себя) передумал:

— Нет, пожалуйста, на Садовую.

Нет горше обязанности, чем допрашивать близких погибшего человека. У людей горе, они не знают, как избыть свою боль, а тут кто-то, совсем-совсем посторонний, так некстати бередит незажившее, незаживающее. Если бы была хоть малейшая возможность избежать такой встречи, Чекалин, не раздумывая, обошелся бы без нее.

Но нет, сейчас другой случай. Совершенно необходимо сегодня встретиться с женой водителя Щербанева… увы, уже вдовой. Если быть честным — еще вчера следовало это сделать. Ну, вчера, положим, не до того было, ни секунды свободной просто, разве только подумать о необходимости встречи, да и то мимолетно, мгновенно. Вчера, правда, еще можно было ожидать, что эта встреча окажется ненужной. Сегодня же ясно — не обойтись. Пока что нет ни одной сколько-нибудь надежной тропки, которая вела бы к истине. Оставалось надеяться, что хоть встреча с вдовой Щербанева приоткроет завесу тайны. Так что, как ни прискорбно, а придется наведаться незваным в этот дом на Садовой, потревожить своими расспросами его обитателей.

11

Дверь открыла жена Щербанева. Была она худощава; лицо бледное, но миловидное; немного за тридцать.

Провела в комнату. Усадив Чекалина, сама тоже села — по другую сторону полированного стола. Руки ее беспрестанно были в движении: то какую-то оборку на платье поправит, то пуговку расстегнет-застегнет; только это, пожалуй, и выдавало крайнюю степень нервного ее напряжения.

— Вы не стесняйтесь, — сказала она, — спрашивайте, что вам нужно.

— Спасибо, — сказал Чекалин. — Скажите, какой у него, у Виктора, был характер — спокойный, вспыльчивый?

Задумалась на минутку.

— И то, и другое.

— Так бывает? — удивился Чекалин.

— Вообще-то он очень выдержанный. Сколько было случаев — другой бы, на его месте, на стенку давно полез от злости, а он ничего, только побелеет немного. А в другой какой раз сразу у него край терпения наступает — тут его не удержать.

— Значит, все зависит от того, с чем он столкнется, так? Если, я хочу сказать, очень заденет, тогда Вспыльчив?

— Да, так.

— Скажите, у него были враги?