— Святая правда, — сказал я. — Хоть и трудно поверить.
— Н'дио, — повторил М'Кола и сам принялся перечислять: — Симба, симба, фаро, ньяти, тендалла, тендалла!
— Можешь рассказать это им всем, — сказал я по-английски. — А с меня на сегодня хватит.
Римлянин снова заговорил, обращаясь ко мне, и я внимательно слушал его, прожевывая новый кусок жареной печенки. М'Кола занялся головами куду, освежевал одну и показал Камау, что делать со второй. Это была кропотливая работа, они вдвоем при свете костра осторожно очистили глаза, нос и уши, потом удалили все мясо, не повредив шкуры, искусно и аккуратно. Не помню, когда я лег спать и ложились ли мы вообще в ту ночь.
Помнится, я достал словарь и велел М'Кола спросить мальчика, есть ли у него сестра, а М'Кола серьезно и твердо ответил мне за него:
— Нет, нет.
— Да пойми ты, я ведь без всякой задней мысли спрашиваю. Просто из любопытства.
Но М'Кола был непоколебим.
— Нет, — сказал он и покачал головой. — Хапана! — Таким же тоном он говорил «нет», когда мы выслеживали льва в густых зарослях.
На этом прервался наш светский разговор, и я стал разыскивать почки; брат Римлянина выделил мне кусок из своей доли, я насадил почку на прут между двумя кусками печени и начал поджаривать их над костром.
— Будет отличный завтрак, — сказал я вслух. — Куда вкусней фарша.
Потом мы долго беседовали о черных антилопах. Римлянин не называл их «тарагалла» и вообще не знал этого слова. Сперва я думал, что речь идет о буйволах, потому что Римлянин все время повторял «ньяти», но, оказывается, он хотел этим сказать, что они черны, как буйволы. Потом он начал рисовать их на золе у костра, и стало ясно, что он говорит именно о черной антилопе. Рога ее изогнуты, как восточные сабли, и концами касаются загривка.
— Самцы? — спросил я.
— Самцы и самки.
С помощью Деда и Гаррика я выяснил, что поблизости бродят два стада.
— Завтра?
— Да, — ответил Римлянин. — Завтра.
— Кола, — сказал я. — Сегодня куду. Завтра — черные антилопы, буйволы, симба.
— Не надо буйволы! — ответил он, отрицательно качая головой. — Не надо симба!
— Мы с вандеробо-масаем пойдем на буйволов.
— Да, да, — радостно подтвердил вандеробо-масай.
— Тут близко есть большие слоны, — ввернул Гаррик.
— Завтра на слонов, — сказал я, поддразнивая М'Кола.
— Нет! — Он понимал, что я его поддразниваю, но и слышать не хотел ничего подобного.
— Да, да, на слонов, — сказал я. — На буйволов, на симба и на леопарда.
Вандеробо-масай взволнованно кивал:
— И на носорога, — добавил он.
— Хапана! — сказал М'Кола уже страдальчески.
— На тех холмах много буйволов, — перевел Дед слова Римлянина, который в сильном возбуждении вскочил на ноги и указывал куда-то вдаль, за хижины.
— Хапана! Хапана! Хапана! — твердил М'Кола решительно. — Еще пива? — Он отложил нож.