— Смотрите, — разрешил ректор.
Я достала из сумки пакет с перчатками, блокирующими магию, и только потом взяла пузырёк в руки.
Губы магистра Олриджа искривились в усмешке.
— Неудивительно, что снаружи флакон чист. Как я понимаю, профессор, такие перчатки у нас в академии выдают только зельеварам и травникам?
— Совершенно верно, господин ректор, — ответила я вместо своего наставника. — Мы работаем с сильными составами, многие из которых способны проникать через поры кожи.
— Я спрашивал не вас, студентка. — Ректор нахмурился. — Ну так что? Ваш флакон?
Сомнений в этом не было. На стекле чётко читалась тонкая вязь моих инициалов, вписанных в спираль золотого сечения.
— Да, — твёрдо сказала я. — На флаконе моя метка, причём она не поддельная.
— То есть вы не отрицаете, что подлили запрещённое зелье лорду Кейрану Стормвейлу? — Ректор подался вперёд. — Вы знаете, какое наказание полагается за покушение на аристократа такого ранга? Исключение — это лишь начало.
Олридж уже сделал выводы. Для него цепочка «флакон — зелье — Силвертон» не требовала доказательств.
Я покосилась на наставника. Профессор Мерфи страдальчески прикрыл глаза.
Мой взор упал на стопку бумаг с гербом академии, лежащую на краю стола.
— Скажите, господин Олридж, — начала я, стараясь, чтобы голос не дрожал, — а если кто-нибудь возьмёт с вашего стола эту бумагу и от вашего имени напишет приказ об отчислении половины боевого факультета… Это будет ваш приказ?
Ректор нахмурился.
— Мои бумаги защищены магически. Достаточно применить Зелье Чистоты, чтобы понять, фальшивка это или нет.
— Совершенно верно. — Я доброжелательно улыбнулась. — Зелье Чистоты, изготовленное лучшим специалистом своего дела — профессором Мерфи.
Наставник при этих словах невольно приосанился, в его глазах блеснул профессиональный азарт.
— Верно! — воскликнул он. — И точно так же можно проверить зелье во флаконе. Достаточно одной капли, если… если она там осталась.
— В таком случае… — Я извлекла из кармана заготовленный заранее пузырёк, запечатанный магической печатью факультета. — Здесь Зелье Чистоты, сваренное профессором Мерфи лично для моих опытов. Его применяют для того, чтобы установить авторство в случае…
— Я знаю, для чего его применяют, — оборвал меня ректор.
Он раздражённо хлопнул ладонью по кристаллу связи.
— Велминтон, чистое блюдце мне немедленно. Нет, кофе не надо.
Не прошло и минуты, как на столе появилось белоснежное блюдце.
Профессор Мерфи взял флакон с моей меткой и, перевернув его, капнул на фарфор пару почти прозрачных капель. Нахмурился, разглядывая мутную жидкость.
— Похоже, его уже вымыли, чтобы скрыть состав зелья, но вымыли плохо. Думаю, даже этого достаточно для анализа.
Я посмотрела на ректора, во взгляде которого впервые промелькнула тень сомнения, и не удержалась от шпильки.
— Странно, да? Вымыть флакон, заметая следы, но зачем-то оставить его на месте преступления.
Ректор поднял на меня раздражённый взгляд.
— Вы дерзите, студентка.
— Я защищаюсь, господин ректор, — твёрдо ответила я.