— Как пожелаешь, мой дракон!
Впервые назвала Ардена так как называю лишь в своих мыслях, лишь в своем сердце. Сделала это намеренно, громко, вложила в слова все свои чувства, всю свою любовь. Арден считает меня хорошей актрисой, но что может быть достовернее истинных чувств? Такое невозможно сыграть, а мне нужно добиться наилучшего результата от предстоящего представления.
Выхожу в центр зала, подаю знак музыкантам и отдаюсь чарующей мелодии полностью. Танцуют лишь для него, для своего дракона и по его глазам вижу, что достигла цели. Он смотрит на меня такими глазами, что замирает сердце. Сейчас я могу поверить, что живы еще его чувства, что может забыть о моем предательстве, может забыть обо всем, если только пожелает.
То что Арден решил пойти на перемирие, подстегивает к действию. Вот он мой шанс хоть чуть чуть сгладить между нами острые углы. Завтра мне предстоит вступить в борьбу за его жизнь и каждая мелочь, каждая крупица мира в наших отношения может сыграть решающую роль. Танцуй, Триста! Так как никогда не танцевала, покажи своими движениями как сильно любишь его, как сильно хочешь, пусть каждый в этом зале впитает в себя твои чувства, поверит в них, проникнется.
Музыка утихла, гром аплодисментов я слышу, но они для меня не имеют ни малейшего значения. Смотрю на своего дракона, только его мнение для меня важно. Арден снова поманил меня к себе. Именно поманил, не позвал и я медленно иду к нему, как будто лечу. Его взгляд, его улыбка, такие родные, уже несколько дней я не видела его таким как сейчас.
Горячие руки на моих бедрах пустили дрожь по всему телу, как же долго я ждала этого момента. Как жаль, что мы не одни. Он притянул меня к себе, усадил на колени, горячее дыхание щекочет у самого уха.
— Ты и правда хорошая актриса, Триста — да и ты ничего подумалось мне, легкое разочарование вернуло меня к действительности.
— А кто сказал, что это игра?
Не смогла отказать себе в удовольствии и вернула должок. Пусть почувствует как это, когда тебе сначала дают надежду, а потом забирают ее без зазрения совести. Сейчас я как и Арден веду себя глупо. Но что поделать? Дурные привычки на то и дурные, чтобы портить нам жизнь.
Прикусила зубами мочку его уха, провела по ней языком, получила массу приятных ощущений, когда почувствовала как напряглась его рука и до боли сжала мою ягодицу. Хочешь меня, Арден!? Хорошо. Только фиг тебе, а не покорная рабыня. Теперь моя очередь обижаться. Однако, наша игра на публику еще не окончена. Увела Владыку небес под одобрительные восклицания гостей и только скрывшись с посторонних глаз отобрала у него свою руку.
В наших покоях я поняла как сильно устала от этого невыносимо долгого дня. Как же мне хочется лечь на нормальную кровать, обнять нормальную подушку, закрыть глаза и увидеть нормальный сон. В котором нет этого самодовольного, невыносимого, но безумно привлекательного дракона.
— Тяжелый… Очень тяжелый день! — бурчу себе под нос и не жду ответа.
— Могло быть и хуже… — удивил меня Арден — Нам нужно поговорить, Триста. Очень серьезно, но не сегодня.
— Как прикажешь…
— Ой да хватит уже! Помоги лучше…
Неужели между нами таки рухнула стена? Ну хоть бы трещину дала для начала, я и малому буду рада. Владыка борется со шнуровкой на своем доспехе. Подошла поближе, узел у него получился знатный, тут просто так не развязать. Решила не выдумывать ничего сверхъестественного, выудила свой кинжал, который висит на моем бедре практически постоянно и разрезала чертовы завязки.
— И давно ты носишь холодное оружие? — с нескрываемым интересом Владыка изучает мою игрушку.
— Последние четыре года… Это подарок… От дорогого мне человека.
— Кеган делает хорошие подарки, надо это запомнить.
Умничка, догадался. Не могу скрыть своей довольной улыбки, горжусь тем как быстро он понял о ком говорю. Руки сама собой играет с кинжалом, я частенько это делаю, особенно когда погружаюсь глубоко в свои мысли. Арден смотрит на мою ладонь не отрываясь, следит как порхает оружие между моих пальцев, а я наслаждаюсь огоньками восхищения в его глазах. Восхищения и совсем немного страха.
Глава 8 Покушение
Арден по прежнему мне не доверяет. Чувствую это. Вижу как борется с доводами здравого смысла, пытается пойти по зову своего сердца, но не может найти баланс. Я не виню его за это, совсем нет. Хочу расставить все точки, хочу раскрыться ему полностью, но сейчас, в эту конкретную минуты, он не готов услышать всю правду. Просто не поверит моим словам.
Информации, которую мне удалось вчера получить, катастрофически мало. В душе теплится надежда, что покушения не будет, что Кар передумает или же Кеган что то не так понял. Гверн мог услышать не полный диалог и приукрасить ситуацию своими выводами. Есть масса вариаций развития событий. Я молюсь, чтобы мне не пришлось удерживать Ардена силой.
Именно силой, ведь он не поверит моим словам, поставит их под сомнение, потребует доказательств. Я не знаю, как и что я буду отвечать на его вопросы, ведь до конца не понимаю, что ему можно поведать, а что лучше умолчать. Все слишком сложно и слишком опасно. Оступлюсь один раз и последствия могут быть необратимыми. Не смогу простить себя, если по моей вине с Владыкой небес что то произойдет, что то страшное.
Я не сплю, слышу и знаю, что Арден тоже давно проснулся. Я боюсь пошевелиться, ведь знаю, он будет задавать вопросы, не на все из них я готова дать ответ. Вчера мне повезло, даже не знаю почему не началась моя пытка раньше, но сейчас время неумолимо играет не в мою пользу.
В дверь забарабанили и я невольно вздрогнула. Знаю, что мои надежды не оправдались, вот сейчас Арден откроет дверь и придется отговаривать его, сама не знаю от чего. Слышу тяжелые шаги, слышу как в замочной скважине поворачивается ключ, как ели слышно скрипнула дверь.
— Буда, о Владыка небес! — тараторит слуга и каждое слово как кинжал в сердце — В ущелье совершено нападение на обоз, люди погибли. Там нужно ваше присутствие… Срочно!
— Иди!
Началось. Медлить нельзя. Арден начинает собираться, а я выбираюсь из вороха подушек, пытаюсь унять дрожь и сумасшедшее биение собственного сердца, но у меня ничего не получается.
— Не уходи! — наконец решаюсь обратиться к дракону — Нельзя, о Владыка небес!