Ампула с громким стуком упала на палубу. С застывшей непонимающей улыбкой на лице, Фишман, казалось, сейчас сам был готов упасть.
Митч спокойно выпрямился, удобно расположив карабин на сгибе локтя. Практически карабин был двуствольной пушкой с устройством для гашения отдачи при стрельбе в невесомости. Им пользовались для уничтожения бронированных сервомашин берсеркеров.
— Одну минуту, — вежливо сказал Митч.
Двое полицейских, неуверенно двинувшихся было к Фишману, с готовностью подчинились, словно довольные, что появилось оправдание их нерешительности.
Офицер взглянул на Митча, хладнокровно вздернув бровь.
— Вы знаете, чем грозит нападение на меня?
— Какая вам разница как меня накажут, если я разнесу вашу мерзкую башку? Я капитан Митчел Спейн, я командую этим десантным отрядом и пока я им командую, никто не посмеет и пальцем дотронуться до моих людей без моего приказа. Вы кто такой?
— Господин Сальвадор, — сказал венерианин. Он оценивающе посмотрел на Митча, несомненно отметив, что тот был марсианином. В сознании господина Сальвадора закрутились варианты ответа. Выбрав нужный, он сказал:
— Если бы я знал, что этой ... группой командует человек, я бы не счел наглядный урок необходимым. За мной!
Последнее относилось к полицейскому патрулю и было подкреплено еще одним элегантным и сдержанным жестом. Не теряя времени, полицейские поспешили к выходу из трюма. Сальвадор взглядом пригласил Митча отойти в коридор. Мгновение помедлив, Митч последовал за венерианином. Господин Сальвадор невозмутимо поджидал его.
— Теперь ваши люди пойдут за вами куда угодно, капитан Спейн. В огонь и воду, так сказать. Но придет момент, когда вы последуете за мной. — Чуть улыбнувшись, венерианин ушел.
Митч задумчиво смотрел на закрывшуюся дверь. Потом команда десантников разразилась победным воплем. Митча радостно хлопали по спине.
Когда люди немного успокоились, один спросил:
— Капитан, что он имел в виду, когда называл себя "господином"?
— У венериан это нечто вроде политического чина. Эй, парни, слушайте меня! Мне может понадобиться свидетель.
Митч поднял карабин и, чтобы все могли видеть, открыв затвор, показал магазин: он был пуст. Новый приступ веселья, включавший не очень лестные шутки в адрес удалившихся венериан.
Но господина Сальвадора со счетов сбрасывать было рано.
— Маккендрик, вызывайте мостик. Я хочу видеть господина Сальвадора. Остальные — за работу.
Юный Фишман, подняв ампулу, задумчиво ее разглядывал. До него постепенно дошло, как близка была веревка от его шеи.
Сальвадор был сама холодная сдержанность. И хотя Митчу удалось выяснить, что в настоящий момент не существует намерений повесить кого-нибудь из эстильцев на борту "Солнечного пятна", на ночь он выставил вооруженных часовых у входа в помещение десантной команды.
На следующий день его вызвали на флагманский корабль. Через иллюминатор челнока он наблюдал за танцем блестящих точек: часть кораблей, освещенная далеким Солнцем, уже начала тренировочные упражнения по тактике тарана.
За столом главнокомандующего сидел на этот раз не любитель поэзии и не будущий жених, но правитель планеты.
— Садитесь, капитал Спейн.
Кажется, все не так уж плохо, если приглашают садиться. Пока Карлсен завершал работу с какими-то документами, Митч мысленно перебирал все, что он читал о старинных церемониях, связанных с эпохой, когда создавались огромные организации, специализировавшиеся в войне с такими же другими организациями, убивая людей и уничтожая их собственность. Нет сомнений, люди оставались не менее жадными, чем в прошлом. Война с берсеркерами опять приучила их к навыкам массового уничтожения. Не вернутся ли былые времена, когда живое сражалось против живого?
Вздохнув, Карлсен отодвинул бумаги.
— Что вчера произошло между вами и господином Сальвадором?
— Он собирался повесить одного из моих людей. — Митч кратко пересказал события, не упомянув лишь о последних словах Сальвадора.
— Если я отвечаю за этих людей, я не могу допустить, чтобы их вот так хватали и вешали. Не думаю, чтобы они в самом деле так далеко бы зашли, но я решил играть не менее серьезно, чем они.
Главнокомандующий выудил из вороха бумаг нужный документ.
— Двое эстильцев уже были повешены. За драку.