— Очень приятно, — Алваро поклонился. — Я пойду... Выздоравливайте быстрей... Там, на пороге, осталась корзина...
— Не беспокойтесь, я ее заберу. — Мигел проводил Алваро до выхода, взял корзину и закрыл за гостем дверь. Затем он вернулся в комнату и сел на кровать рядом с Изаурой.
— Зачем ты покинула дом? — строго спросил он. — Я же просил тебя...
— Никакой он не сыщик, — сказала девушка, словно не слыша слов отца. — Никакой он не полицейский, а очень даже хороший и воспитанный...
Изаура поняла, что она влюбилась в Алваро. В выражении лица в манерах, голосе, во всем облике молодого человека было нечто настолько благородное, приятное, глубоко привлекательное... Изаура не могла устоять против его всепобеждающего обаяния.
Глава 60
Нервы дона Леонсио де Фонсеки были напряжены. Как паук-птицеед, раскинувший свои сети между стволами деревьев, реагирует даже на дуновение ветра, так и он сидел у себя в гостиной и ждал известий об Изауре. Запланированных визитеров не должно было быть, поэтому он вздрогнул, услышав шум подъезжающего экипажа.
«Неужели нашли?» — с замиранием сердца подумал он.
Его разочарование было глубоким — слуга доложил о прибытии инспектора Мартиньо, не имевшего никакого отношения к поискам девушки.
«Этому-то что нужно? — удивился он. — Ах да, наверно, истек срок расследования по делу об Энрике. Но почему ко мне? Разве недостаточно подписи Малвины в Кампусе».
Тем не менее он изобразил некое подобие улыбки при виде входящего, встретив подобное и на его лице.
— О, дорогой Кортиньо, какими судьбами в наших краях? — обратился он к гостю.
— Мартиньо, с вашего позволения, сеньор Фонсеки, Мартиньо моя фамилия, — поправил его инспектор, а про себя подумал: «Так я и поверил, что ты забыл мое имя, не думаю, что ты ни разу не вспоминал меня».
— Простите, ради Бога, инспектор, мою забывчивость. Столько дел и событий, знаете ли... Как мой дорогой родственник, еще не дал о себе знать?
— Пока нет. А вы ничего не можете добавить по этому делу?
Леонсио насторожился. «Вот оно! Он что-то пронюхал. Но что? Нужно потянуть время и прощупать его».
— Пожалуй, могу. То, что не сообразил вам подсказать в прошлый раз, — ответил Леонсио.
— Что же это? — удивился Мартиньо.
— Видите ли, после вашего ухода мы порассуждали с женой и решили, что он мог скрыться с какой-нибудь дамой полусвета. Очень увлекающийся юноша.
— Я знаю о вашем предположении и проверил соответствующие места. Безуспешно.
«О, так он не оставил ее в покое! — понял Леонсио. — Это опасно. Она может наговорить много лишнего».
— Ну тогда, инспектор, я не знаю, что и думать. А ближе к Кампусу вы искали?
— Да, я поработал немало. Пожалуй, нет деревушки, в которой мне не пришлось побывать.
Необходимо было проверить его интерес к делу.
— Наверняка вы потратили не только время. Не могу ли я как-то отблагодарить вас за рвение? — спросил фазендейро.
Инспектор мысленно похвалил собеседника за догадливость и понял, что идет по верному пути. С чего бы это ему сорить деньгами.
— Лучшей благодарностью, дон Леонсио, для меня будет раскрытие тайны... — он выдержал паузу, — или преступления.
— Так вы все-таки не исключаете убийства? Но зачем, с какой целью?
— Да, не исключаю, а что касается целей, так вся наша жизнь состоит из мотивов для чьих-то преступлений, просто их совершают или нет, — ответил сыщик.
— Но, насколько я знаю, у него не было врагов в городе.