- Криста, сдаётся мне, ты всё слышала, - подмигнул рыжий.
- Немного, - слукавила я, - мне страшно, не хочу провести всю жизнь запертой в комнате, а когда Астор умрёт от старости, то и мои дни будут сочтены?
- Ну-у-у, не так и много ярлу лет.
- Всё равно, больше, чем мне, - вздохнула в ответ.
- Хлодвигу нужен Астор, который не будет отвлекаться на то, чтобы носиться с девчонкой, конунг сам отправит вас в Ледяные пустоши, дав и свою охрану, а в его распоряжении лучшие воины нашей страны.
- Думаешь, у нас получится? Страшно ехать к людоедам, - поёжилась точно от холода.
- Я буду с вами, - улыбнулся Кай.
- Как будто тебя съесть не смогут.
- Зубы обломают, - усмехнулся он и махнул мне рукой, показывая, что разговор окончен.
- Эх, - хлопнула дверью спальни, - понятно, что снова ничего не понятно. Что же здесь всё так сложно?
Интересно, как же должен проявляться дар? Усевшись поудобней, подняла ладони сосредоточившись. Ничего. Я махала руками, потом даже попрыгала. И вновь ни единой искорки или что там должно быть. Как-то же дар ощущается внутри? Пока только чувствовала, как бьётся сердце и кровь прилила к вискам. Ерунда это всё.
Гельда принесла мне еды, и я, устроив тарелку на подоконнике, села дожидаться Астора. Всё теперь зависит от его решения. Соваться в пасть к людоедам опасно и страшно, но свобода… Как жить без неё?
Глаза уже болели от беспрестанного разглядывания дороги к дому, голова клонилась от усталости, когда мелькнул перед воротами знакомый силуэт. И тут меня пробрало. Не знаю, что было в той каше с мясом, но живот скрутило так, едва успела добежать до горшка. Где мне взять здесь хоть какой-то сорбент? Помереть от банального расстройства желудка, да уж, та ещё ирония. Но через пять минут последние сомнения отпали, меня отравили: жутко мутило, тошнило, а желудок сводило спазмами, как и живот.
Я вызвала рвоту, стараясь избавиться от пищи, и услышала, как открылась дверь. Передо мной стояла Ракель, невеста ярла ухмылялась, глядя на мои мучения:
- Ты сдохнешь, наглая девка, - прошипела она.
Из последних сил, держась за кровать, подняла голову:
- Дура, - проквакала в ответ, таким был сейчас мой смех, - сдохну я, умрёт и Астор.
Глаза Ракель распахнулись от страха, девушка опрометью кинулась из комнаты, а вслед ей нёсся мой булькающий смех.
***
В комнате появилась Гельда, мгновенно оценив обстановку. Она кликнула служанок, помогла мне подняться, девушки сменили мою одежду, умыли и положили на кровать. Скоро передо мной стоял целый отряд горшков, а спустя минуту в спальне объявился Кай.
- Кто помогал тебе с едой? - рявкнул рыжий на обомлевшую от страха Гельду.
- Госпожа… она вызвалась, - руки старухи задрожали.
- Идиотка, - прорычал Кай, - как я недосмотрел, ведь Ракель ревнива, точно кошка по весне. Потерпи, Криста.
Он словно заправский доктор осмотрел меня и вышел. Гельда осталась, обтирая моё лицо влажной тряпицей, и впервые в её глазах появилось сочувствие, а старушка-то не так жестока, как мне казалось.
Не знаю, сколько прошло времени, когда вернулся Кай, таща за собой знахаря. Старичок достал из кошеля скрюченный, иссушенный, дурно пахнущий корешок и протянул мне. На вкус лекарство было не лучше, давясь и смахивая слёзы с глаз, я проглотила его и откинулась на подушки.
Знахарь вышел, оставив настойку, а я погрузилась в забытьё. В полудрёме ночью, снилось, будто Кай сидел рядом с кроватью, положив руки мне на грудь, и ладони его светились, а весь лик точно плыл: менялись черты лица, цвет волос и даже голос. Он шептал:
- Ты будешь жить, Криста, будешь.
***
Утром проснулась и без намёка на слабость, только постель была мокрой от пота. Села на кровати, удивляясь, как невзрачный корешок исцелил меня за одну ночь.
- Жива? - Заглянул в комнату Кай.