С вафельным стаканчиком мороженого и колой в руках мы вышли на набережную. Я всегда любил наблюдать, как Ветка своим язычком аккуратно слизывает верхушку – совсем как в детстве.
А вот здесь публики собралось побольше. Кто-то прогуливался, неспешно беседуя, а кто-то сидел за столиками под зонтиком, потягивая из высоких стаканчиков и отдыхая после трудового дня. Неподалёку от нас, метрах в тридцати, какой-то чернокожий бодро наяривал на гитаре, подпевая себе на ломаном испанском. Что интересно, что играл он не на привычном африканском банджо, которое напоминало мне балалайку, хотя, в отличие от последней, было круглым, а на классической испанской гитаре. Может какого-то кубинского эмигранта к нам в Нью-Нью занесло?
Ветка, хитро прищурившись, повернулась ко мне и спросила. Вернее намекнула.
- Сашка, а ты ещё помнишь, как за струны дёргать? Даже не могу вспомнить, когда в последний раз ты играл на таком инструменте. – при этом, она указала своим пальчиком в сторону уличного музыканта.
Что сказать, сегодня её день - я обещал. Подойдя к лицу негритянской наружности, я положил тому в шляпу пятьдесят долларов, а затем попросил на некоторое время одолжить мне свой инструмент. Похоже, что этого было слишком много, так как бросив взгляд в шляпу, увидел там лишь несколько долларовых бумажек и лишь одну - с портретом Авраама Линкольна. Ну что ж, пускай и у этого парня сегодня будет праздник.
Я, поудобнее пристроил гитару, подкрутил под себя один из колков и уверенно, словно вернувшись в былые времена, взял первые аккорды. Как вы догадались, над парком понеслись слова её любимой - "Солнышко лесное ". Затем, настал черед более энергичной "Бричмулы" и нескольких песен Высоцкого. Не обошел вниманием и песни из англоязычного репертуара. По-видимому гуляющим, моя импровизация пришлась по душе, не думаю, что это моя охрана набросала в футляр под сорок долларов для любимого босса. В группе слушателей, которая меня окружала, я заметил и какого-то шустрика с фотокамерой, и уже догадывался о названии статьи, которую напечатают в утренних газетах. "Богатейший бизнесмен Америки старается зарабатывать не только игрой на бирже..…". Ну и чёрт с ними, главное - моя любимая довольна, вон как улыбается и радостно щурится на солнце. Ведь главное украшение жизни – хорошее настроение.
Минут через двадцать я вернул гитару ее владельцу, и мы направились дальше. Всё же неплохо, что меня сегодня выдернули из офисного кресла, а то все дела да дела. Вздохнул и с легкой грустью подумал,
- Наверняка, это наша крайняя в этом году прогулка по парку НьюНью…. Хорошо, что выбрался ….
Шел октябрь 2013-го, приближались известные мне события. Вскоре, один мой недальновидный знакомый, не устояв перед миллиардной взяткой из Кремля, откажется подписывать соглашение об ассоциации с ЭС. Значит, и мне пора отправляться на родину.
Если я к этому только готовлюсь, то несколько бригад наших механизаторов из Африки уже там, под Одессой, налаживают контакты и готовятся помогать формировать отряды местной самообороны. С этим были некоторые сложности, ведь никаких колумбийцев с никарагуанцами отправить туда не получалось, нужны были только свои. В первую группу включили настоящих универсалов, которые могли и поле вспахать и за рычагами танка просидеть. А чтобы всё выглядело по-настоящему, на несколько дней, ребятам пришлось отложить свои M16A3 и под удивленными взглядами жителей пригородов Ибадана, вспахать десяток гектаров африканской саванны. Это так, для практики. Всех гиен и шакалов в джунглях распугали. Иначе нельзя, для всех остальных, они будут комбайнерами из Винницкой, Житомирской и Хмельницкой областей, которые прибыли вместе со своей техникой для уборки поздней кукурузы. И никто не задавал вопросов, а почему большая часть уборочной техники так и осталась стоять не распакованной в громадных морских контейнерах. А чего спрашивать? Начальству оно видней. А еще, удивлялись уж слишком загорелым физиономиям этих хлеборобов, впрочем, нынешним летом солнце и в Украине жарило по-взрослому.
Как и предполагал, события развивались по знакомому мне сценарию, тому же, что и в оставленном мною прошлом. Поводом для начала первых протестов стал неожиданный почти для всех отказ правительства Януковича подписать ранее анонсированное соглашение об ассоциации между Украиной и Европейским союзом. Очень опрометчивое решение. Что мешало тому-же Путину и далее руководить Украиной через своих агентов влияния? Никто не предполагал, что в результате этого, правительство в полном составе будет вынуждено перебраться в Ростов.
Резкий разворот Януковича в вопросе ассоциацией стал неожиданностью для всех кроме меня. На этом бывший зэк не остановился, а принялся резко разворачивать страну в восточном направлении. Не каждому удастся устоять перед искушением пятнадцатимиллиардной взятки от Путина. В столице забурлило, начались первые протесты - вначале робкие, но позднее они охватили западные и центральные регионы. К вопросу ассоциации люди относились по-разному. Восток и юго-восток, все еще тянулись к действующему президенту, впрочем, это не-надолго. Я же задумался.
- Удивительно, но и у нас, в Штатах я наблюдал очень схожую картину. Имею в виду деление страны на синие и красные цвета. Кто может мне объяснить, почему "синие" штаты практически на всех выборах поддерживают демократов, а "красные" – в большинстве сврем, голосуют за республиканцев? Вопрос интересный …
Некоторые, объясняли это тем, что "красные" штаты более склонны к сохранению традиций, более религиозны и воспринимают влияние правительства на свою жизнь как незначительное. "Красные", в своём большинстве, прислушиваются к церкви, в то время как "синие" - более восприимчивы к изменениям, новациям и глобалистике. Именно в синих штатах и находились крупнейшие космополитические центры страны, в то время как избиратели "красных" - это преимущественно жители маленьких городков и сельской местности. Там оседало меньшее число эмигрантов и других этнических групп.
Для меня, такая ситуация была не совсем понятна, ведь в отличии от нас, население США не сидело на месте, а частенько переезжало с места на место в соответствии со сменой места работы. Примерно как сообщающиеся сосуды: где условия получше, туда они и перетекают. В этом то и заключается вопрос! Вот как, переехав в "красный" штат, "синий" избиратель лишь за один- два года становится "красным" и ярым сторонником республиканцев? Что-то здесь не так, не сходится ….
А вот у нас всё понятно. Нынешние синие регионы, которые при Кучме считались самими "советскими", - это главным образом восток и юго-восток. Здесь годами, последовательно голосовали вначале за коммунистов, а затем за тех, кто обещал им возврат к временам такого сытого совка. Хотя, какого чёрта сытого? Воплощением их мечтаний стала именно Россия, где, судя по тем мультикам, которые им регулярно крутило российское телевидение, люди живут "по-богатому". Почему бы на наших каналах не показать этим люмпенам какую-нибудь глубинку, скажем, ту же Туву, Бурятию или любую другую российскую область с деревянными туалетами во дворах пятиэтажек? Пусть всяк имеющий телевизор - да увидит, а имеющий уши - да pазвесит.
Скажем, с Донецкой и Луганской областями всё было более-менее понятно. Именно здесь и проживали потомки тех трудармейцев, которых в тридцатые завез в теплушках товарищ Сталин, затыкая дыры на предприятиях и шахтах. Кроме того, эту странную тягу к совку можно было объяснить и тем, что во времена СССР, труд шахтёра был хоть и тяжёлым, зато денежным. Еще будучи школьником, мне доводилось сталкиваться с представителями этой профессии. Шахтёры, приезжавшие на отдых в Крым, ничем не отличались от тех, кто несколько лет отпахал на Крайнем Севере или Дальнем Востоке. Пачки денег, пьяные гулянки в ресторанах - именно таким и был их стиль. А вот тех, кто трудился на обычных предприятиях, они считали людьми второго сорта. Не удивительно, что им и их детям так хочется вернуться к прежним временам, где жилось хоть и не очень хорошо, но всё же получше, чем у соседа. Я давно забыл и о школе и о политических раскладах в Веймарской республике двадцатых годов. А вот это, до сих пор помню.
А вот на роль колеблющихся штатов, которые бывало, меняли свои предпочтения, такие как Мичиган и Пенсильвания в США, вполне подходила наша Херсонщина, Николаевщина или Днепропетровская область. Скорее всего, в данном случае, большую роль играла бешеная пропаганда за русский язык и ряд ошибок со стороны оранжевой команды. Впрочем, не сомневаюсь, что местным активистам, ведомым африканскими комбайнёрами, удастся качнуть ситуацию в нужную сторону. В крайнем случае, помешать задавить первые ростки местных майданов им вполне по силам.
А пока, приходилось работать по тихому, не высовываясь, заботясь о том, чтобы не привлекать внимания центральных властей, а вот как только все силы "Беркута" и милицейского спецназа отправят разгонять киевский майдан - серьёзных противников для нас, я здесь не видел.
Вчера вечером я принял окончательное решение.
- Все, пора, завтра же собираем штаб - и айда в Украину. По дороге, заеду на греческий архипелаг: надо бы ознакомится с последними новинкпми, среди которых были и усовершенствованные системы наведения и средства РЭБ.
Я вынырнул из этих мыслей и ускорил шаг, желая догнать жену, которая неторопливо шла метрах в двадцати впереди. Подойдя к трем бетонным цветочным вазам, я на минутку остановился, увидев, как по земле волочится шнурок. Так и наступить на него недолго. Присев, чтобы завязать, я услышал мощный взрыв - и всё… Всё вокруг исчезло: мне не холодно и не жарко, не слышу ни единого звука, а ещё - воздуха не хватает…
Глава 10
Дежавю. А ведь такое я уже переживал … когда-то, …давно… И не просто давно, а очень давно, может быть даже в другой жизни. Снова чувствую как могучий, упругий поток тёмной, почти чёрной воды плавно несёт меня по узкому тёмно-серому каньону с высокими гладкими стенами. Казалось, что это какие-то неведомые гиганты высекли его из цельной глыбы гранита. На сей раз, я уже ученый и даже не думаю зацепиться за его гладкие стены и выбраться из воды. Непонятно откуда, но приходит понимание - все мои потуги будут напрасны. Наконец, как и тысячу лет назад, где-то далеко впереди, небо становилось светлее, постепенно. стены каньона расступаются, и меня выносит в широкую, спокойную заводь.
Несколько гребков и я подплываю к пляжу или, вернее к пологому берегу, так как пляжем эту мусорную свалку назвать было сложно. И вновь, передо мною знакомый сероватый, словно припорошенный радиоактивным пеплом песок, чуть дальше от берега - разбросанные в беспорядке горы разнообразного хлама. Чего здесь только нет: и пластиковые бутылки, и банки из-под пива, и обрывки старой одежды вместе с рваной обувью, но чаще всего, попадаются консервные банки из-под кильки в томате и аргентинской тушёной говядины. Словно кто-то останавливался здесь на свой "пикник на обочине" и ушел по английски, не прибрав за собою. Медленно выбираюсь на берег и с удивлением ощупываю свою одежду. Она абсолютно сухая! Не удается вспомнить, было ли так же и в прошлый раз? Что делать дальше, куда занесло на этот раз? Вновь в шестидесятый… или, может, ещё дальше? Вот открою глаза и выяснится, что я собственный прадед, а может и купец первой гильдии Козлобородов? Почему такая дурацкая фамилия? Да чёрт его знает, да и не важно это. А может мне предстоит проделать путь от пеленки вонючей, до савана зловонного…?
Через минуту выяснилось - никуда идти и не нужно - ко мне самому пришли. Вот только первыми звуками, которые я услышал в этой реальности, была не бодрая мелодия "Пионерской зорьки", а негромкое, монотонное пиканье. А это что такое? Я не расстраиваюсь – это гораздо лучше, чем очнуться под печальные мотивы Фредерика Шопена.
Безуспешно пытаюсь открыть глаза, или хотя бы один. В них словно песка насыпали, но все же разглядеть что-то удаётся. Слева от себя увидел какой-то модерновый медицинский агрегат, от которого ко мне тянется с десяток разноцветных проводков и силиконовых трубочек различного диаметра, а справа, слышно как мерно качает свою помпу аппарат искусственной вентиляции лёгких. Судя по дизайну оборудования, изготовлено оно точно не в девятнадцатом веке и даже не в двадцатом. Уже легче - хоть с этим повезло. Не сомневаюсь, мне бы точно не понравилось ходить на ночную вазу или топать по морозцу в дощатый туалет.
Тем временем, разумный аппарат, сообразив, что его клиент уже очнулся, ускорил ритм, а на зеленом экране бодро поползли столбики разноцветных цифр. Почти одновременно с этим дверь осторожно приоткрылась, и в палату заглянула молоденькая девушка в белом халатике, похоже, медсестра. Встретившись со мной обеспокоенным, а затем удивленным взглядом, она тихонько пискнула, прикрыв ладошкой рот, и вновь исчезла за дверью, даже забыв её прикрыть.
- Куда же ты милая умчалась, а посидеть, а поговорить? Как там принято у нашего брата попаданца? Мне ведь положено спросить, что у нас за держава, какой нынче год от Рождества Христова, кто сидит на троне - Великий князь, Генеральный секретарь или президент?
Как оказалось, убежала она не просто так и совсем ненадолго. Не прошло и двух минут, как в комнату решительным шагом вошёл мужчина средних лет, на ходу застёгивая белоснежный халат. Внимательно посмотрев на показатели, помигивающие на экранах, он направился ко мне. Мне показалось, что мигающие цифры его удивили, а затем порадовали. Подойдя к кровати, он взял меня за запястье и словно не доверяя своей космической технике, нащупал пульс. Воистину, у всех врачей мира протокол один .