— Зачем?
— Ну, вы же не с лестницы упали, как я понимаю. И не на наледи поскользнулись.
Пожилой врач, травматолог смотрел на меня с сочувствием.
— Ну как с лестницы. У нас в доме лифт, — прошептала неосознанно.
— Поверьте, таких людей нужно привлекать. Он не остановится. Я вас уверяю, второй раз будет обязательно. И все последующие тоже. Сегодня выбитое плечо из сустава, и разрыв связок, а завтра, что? Бил профессионал. Я много лет проработал в спорте. Не выставив должной защиты, вы милая пропустили хороший удар прямой левой. Он кем у вас работает? Это предупреждение. Понимаете? Дальше будет только хуже.
Что-то ломалось внутри под участливым взором пожилого доктора. Стало пусто и очень грустно. Я теряла, всё. Мысленно медленно опускалась в омут, считая всю свою жизнь ошибкой, черновиком. Семь лет брака таяли, словно на глазах. Вся жизнь перечёркнута одним только бессмысленным вопросом. А вопросом ли? Все мои близкие, семья, где они?
Я вроде есть, у них, а вроде, как и на последнем, или предпоследнем месте в их многочисленных планах. И так всю жизнь. А муж, действительно, кем он работает?
Нет, не подумайте, за кого я замуж выходила, помню. Офицер службы исполнения наказаний. Ну а сейчас, что-то связанное с охраной. Подробностями он особенно не делится, последние полгода он очень отдалился.
Ещё раз глянула в лицо мужчине, что сидел, напротив. Поняла, ему нет смысла лукавить. Сколько перед ним проходит таких, как я за день? И у каждого своя судьба. Мы для него просто конвейер, слова участия, что он нашёл для меня, дорогого стоят.
— Хорошо. Если только это не займёт много времени. Я заполню документы. Мне кажется, боль, она вернётся. Скоро. А мне ещё на другой конец города ехать.
— Отсидеться есть где? Пока разбирательство идти будет?
— Да. Спасибо. Вы считаете, что ему сразу начнут задавать вопросы?
— Именно так и будет. Ещё раз повторяю, сработал профессионал, а с ними у полиции другие разговоры.
Откуда-то появился участковый. Время шло. Ещё один обезболивающий укол. Подписи и протоколы. Всё сложилось в одну череду бессмысленного заполнения бумажек. Мужчины торопились.
— Сегодня солнечное затмение. Продлится почти час. Хочется проехать на набережную и всё отснять. Следующее такое светопреставление видно будет в нашем городе через триста пятьдесят лет.
Да. У всех свои проблемы. Выходила из травмпункта только с одной мыслью:
«— только бы успеть до того момента, когда обезболивающий препарат полностью перестанет действовать».
Сняла наличность с карточек и со всех банковских счетов. У Игоря на них были доверенности. Не хотелось остаться с пустым кошельком. Всё лето пахала на туристических поездках, в который раз практикуя свой китайский язык. В банковской ячейке забрала украшения бабушки, что отошли мне по наследству. Всё. Сумочка потяжелела в разы.
Тугая повязка на плече и рука в подвешенном состоянии.
Диктор, он не замолкал. Раздражая новыми подробностями о затмении. Люди оставляли машины и выходили снимать с телефонов такое необыкновенное чудо.
Разве же это чудо? Чудо будет, если я без ДТП доберусь до пункта назначения, с раздражением практически одной рукой сжимая руль.
— Неужели так сложно припарковаться, как положено, опять пробка.
Болезненное состояние всего тела усиливало душевную слабость. Голова напоминала о себе взрывами, сравнимыми по силе вероятно с атомной бомбой. Всё пульсировало вокруг синхронно этим вспышкам боли. Хотелось скорее добраться до квартиры человека, которого, в принципе, я совершенно не знала.
На моё имя он просто оставил завещание, назвавшись отцом. Мне позвонила его племянница, с другого региона нашей бескрайней родины и сообщила об этом. Сказала, что нашла меня в социальных сетях.
Хотя о чём я говорю. Конечно же, я, ему благодарна. Моя девичья фамилия и отчество всё совпадало с его данными.
Я, безусловно, знала, что мама замужем второй раз.
У нас были обычные в этом плане отношения. Второй мамин брак, новая семья, новый ребёнок.
Словно всё, что было до этого, это просто черновик. Тренировка. Перед главным действием.
Почему-то я твёрдо знала, что должно быть не так, что старших детей тоже должны любить и баловать, особенно девочек, а не забывать про их дни рождения, привозя с дачи повядшие георгины в подарок.
Вступив в права наследования, я почему-то не показала эту квартиру никому. Промолчала с самого начала. Необъяснимый, даже мне самой поступок. Хотя, если честно признаться, я сама себе не хотела говорить о том, что причин для этого поступка масса. И главная из них: