— Ух-ху! — донеслось откуда-то сверху.
— Погоди, не до тебя! — отмахнулась от совы Гита, оглядываясь вокруг.
Увидев сторожа, все еще сидящего на топчане, магичка бросилась к нему:
— Где она?!
— Кто? — не понял тот.
— Ты мне еще поктокай! — вызверилась на него Гита. — Фея где?!
— А-а... Дык, ушла.
— Куда?!
— Тудать! — он кивнул в сторону пилорамы.
Гита порывисто обернулась и бросилась в тот угол. Издалека увидела, что за пилорамой есть какая-то дверь, вот и помчалась прямо к ней.
Мужчины поспешили следом. Впрочем, по-настоящему спешил только Йолик, остальные благоразумно держались поодаль. Никому не хотелось попасть под горячую руку свирепой магички.
На двери, наверное, была какая-то защелка, но дверь это не остановило. Гита и дубовый засов сейчас бы снесла, не задумываясь. Как только магичка вспоминала, с каким видом Йолик пялился на деваху, ее снова начинало трясти. Крапивой таких "фей" пороть, да по голой заднице!
Распахнув дверь, Гита влетела в какую-то темную кладовку, где, как видимо, хранились пилы и прочие железки. Однако здесь никого не было! Растерянно оглянувшись по сторонам, магичка хотела выскочить обратно, но услышала шорох за полками с инструментами.
— Кто там? Выходи немедля! — приказала Гита, а сама уже складывала пальцы для заклинания.
Шут их знает, этих лесорубов, что у них здесь водится. Может, не только в пилораме нежить вырастили? Может, кого-то из леса еще прикормили?
— Гита, отойди, я сам, — раздался сзади голос мужа.
Магичка послушно отступила назад, за надежную спину Йолика. Сзади сопел кто-то еще, наверное, сторож. Ей некогда было оборачиваться, чтобы посмотреть.
— Кто там прячется? — негромко спросил Йолик. — Выходи, пока я магией не приложил!
Говорил он спокойно, но таким голосом, что колени сразу дрожать начинали. Так говорить умеют только маги смерти.
— Не надо, дяденька! — пискнули из того угла. — Я и так выйду.
В кладовке было темно, лишь из открытой двери падал тусклый луч света. Поэтому Йолик с Гитой попятились обратно в цех. Спиной к источнику голоса они не рисковали оборачиваться — некоторым магам дорого обходится такая беспечность.
Гита заметила, как из-за полок вышел кто-то не очень высокий, не очень крупный, одетый во что-то темное. Подросток, что ли? И лишь в цеху она поняла, что перед ней стоит девушка, смущенно прячущая лицо в воротник своего длинного тулупчика.
— А фея где? — недоуменно спросил Йолик.
— Не знаю, — пискнула девушка. — Там нет.
— А куда делась?
— Не видела.
— Мышка, это ты, что ли? — прогудел кто-то сзади.
Из-за спины Гиты вышел... Лёся?
Магичка даже глаза выпучила от изумления: а он что здесь делает?! Он же за столом сидел во дворе Ковырялова, когда Гита и Йолик уходили. Она сама видела!
Рядом с лесорубом появился... сам Ковырялов! У них здесь совещание назначено, что ли?! Правда, выглядел управляющий не очень парадно — раскрасневшийся на холоде, растрепанный какой-то, с большим грязным мокрым пятном на щегольской городской куртке.