— Рю, если охота добить её, то лучше дай мне! Хотя пользы от этой суки всё-таки больше…
— Она уже не та, — процедил я сквозь зубы.
— Да отрастут у неё твои любимые ржавые лохмы, чё ты придолбался!
— А вот и нет.
Двойка изумлённо захлопала белёсыми ресницами, вытаращив на меня пурпурные глазища.
— В смысле?
— В хуисле, — в тон ей ответила Изнанка, и со вздохом вспорола обмотки.
Окровавленные полосы ткани шлёпнулись в пыль, явив за собой не менее испачканные лохмотья комбинезона. Крепчайчая ткань не выдержала удара железной лапы, а нижняя защитная пластина попросту исчезла. Однако за прорехой не зияли кишки, как и положено при таком ударе, а блестела свежая розовая кожа, обтягивая выпуклые кубики пресса.
Обернувшаяся Тара так и застыла памятником самой себе.
— Не поняла!
Что ж, я её ценю не за высокий интеллект. Умная бы точно со мной никуда не пошла.
— Она тварь, подруга. Точнее, стала ею.
Бывшая революционерка виновато развела руками. Теперь она снова была на прицеле, но с её скоростью ещё не факт, что я попаду с первого раза. Плохой расклад, здесь слишком тесно.
— Как же так… — едва слышно прошептала Двойка.
— Заразилась в том вонючем подвале, — ответила ей новоиспечённая людоедка. — А белобрысая это прохлопала сослепу.
— Не гони на мелкую, она своё дело знала четко! — рыкнула жженоземка. — А я вот что-то не припомню, чтобы ты своей раненой жопой по полу ёрзала!
— Какая уже разница…
— Ну да, обратно эту дрянь из тебя не вытрахать. И как, тянет нас всех сожрать?
— Просто сильный голод, — передёрнула Изнанка плечами. — Особенно сейчас. Но я ни на кого не собираюсь бросаться.
— Наверное, сейчас самое время сказать, я же говорила, Рю…
— Пожалуй, да.
Я опустил арбалет, потому что и без меня хватало желающих спровадить переродившуюся на тот свет. Вот что значит, потерять толкового медика — в лазутчице и правда завелись паразиты, только иной природы. Поэтому её так сильно штормило последнее время.
— Ладно, я сделаю это сама!
Двойка решительно шагнула вперёд, но теперь настала моя очередь её придержать.
— Не торопись, подруга, дай-ка покумекать.
— Над чем, ебучий ты мыслитель⁈ Как быстро она кого-нибудь загрызёт? Или хочешь ей дохляка предложить?
— Мне хватит и яиц, — облизнулась лазутчица, вынимая из заплечной сумки кожистую дыньку.
— Командир… — не выдержал Сумрак.
— Заткнулись все, я думаю! И не чавкать мне тут!
Изнанка послушно отстегнула сабельные ножны, а яйцо убрала обратно в рюкзачок. С одной стороны, держать тварь в команде — огромный риск. С другой, она всё ещё в своём уме и не хочет никому вредить. Иначе давно бы сбежала. Вдруг процесс обратим? В ином месте о таком нечего и мечтать, но здесь — иное дело. В конце концов, мы же не просто шли грабить древнюю насосную станцию.