– Для охоты. Я лучше останусь без хлеба, лишь бы ее забрать.
– Договорились. С вас коврига, с меня дворняга, – ответил ему хозяин.
Так и поступили, и в результате он получил пса.
Недолго думая, он так и назвал его Пане – Хлебом, потому что ему не пришло в голову более подходящего имени.
Пане был кобель, и, когда Мансуэто его взял, он почти не мог идти самостоятельно.
Лишь смотрел на него исподлобья, опустив голову и поджав хвост.
Он вообще еле-еле держался на ногах, и тогда Мансуэто присел перед ним на корточки, взял его морду в ладони – и с тех пор они больше не расставались.
Постепенно нос пса снова стал влажным, а хвост гордо задрался кверху.
Пане стал для него отличным помощником и, кроме того, хорошим и добрым другом, у которого он часто просил совета.
Мансуэто был не слишком многословен, а Пане и того меньше, так что им хорошо было вместе. Пес слушал его, смотрел ему в глаза и молчал.
И в этом молчании он находил ответ на все свои мысли, потому что очень часто наши решения кроются внутри нас самих.
Тем вечером мы с ним растянулись животом вверх на жестких дощатых настилах.
Снаружи разразилась гроза.
Гремел гром, сверкали молнии, и всполохи проникали в щели между досками хижины, скрипевшими под неистовыми порывами ветра.
Собаки, свернувшись калачиком в наших ногах, мирно дремали, время от времени настороженно приподнимая одно ухо.
Мансуэто протянул мне бутылку граппы.
– Поможет согреться, – только и сказал он.
– Хорошо бы.
– Кажется, у Челесте с Санто и правда любовь, – продолжал он.
– Угу.
– Ну а ты?
– Что я?
– Ты рад за них?
– Да, рад, – ответил я с какой-то даже чрезмерной решительностью, потому что правду иногда бывает трудно сказать даже себе самому.
Я сделал еще один большой глоток.
Прошло несколько минут, и я услышал, как Мансуэто захрапел.
Только после этого я тоже прикрыл глаза, вновь представляя себя дома у Челесте, в ее комнате, полностью погруженной во мрак.
Мои глаза почти сразу раскрылись, и, порывшись в кармане брюк, я достал оттуда ее маленькую фотографию, которую всегда носил с собой.
Она была сделана на деревенском празднике прошлым летом.
В тот день все мы спустились в Перароло, чтобы отпраздновать окончание менады[20].
[20] Менада – в Доломитах так называется сплав леса.