– Кто-нибудь пострадал? Боже мой, а где мистер Ривз? Он ведь не…
– Насколько нам известно, он не погиб, – ответил я. – Он в плену. Потом всё объясню. Немедленно свяжитесь с секретарём Ассоциации по радиовизифону. А затем – с президентом Никарагуа.
– Но президент Монтейро с дочерью сейчас здесь, в отеле, – сказала мисс Дэвис. – Они приехали сегодня из Манагуа. Ну, вы знаете, в связи с организацией помощи пострадавшим.
– Хорошо. Сначала соедините с секретарём Блэком. Потом я сам разыщу президента Монтейро.
Вскоре в дискообразном экране радиовизифона появилось лицо моего шефа.
– Стюарт! – воскликнул он. – Что там у вас случилось?
– Включите диктофон, – ответил я. – Тогда я все расскажу.
– Уже включил. Говорите.
Я так и сделал. Подробно рассказал ему и о том, что мы увидели, и о невероятных событиях, участниками которых нам только что довелось стать.
Когда я закончил, он сказал:
– Если бы это рассказал мне кто-нибудь другой, Стюарт, я бы решил, что это какой-то розыгрыш. Но вы человек слишком серьёзный, чтобы я мог вам не поверить. Хотя нельзя исключать, что вы стали жертвой галлюцинации.
– Через десять часов я пришлю вам фотографии, – ответил я. – У фотоаппаратов галлюцинаций не бывает.
– Верно. Я уведомлю Военное министерство. Будьте на связи. Отбой.
Как только он произнес слово «Отбой», связь автоматически прервалась. Его лицо исчезло с диска.
Мисс Дэвис тем временем связалась с президентом Никарагуа по визифону в номере.
– Президент Монтейро примет вас через десять минут, – сказала она. – Он в гостиной L.
Я прошёл в соседнюю комнату, где Пэт был занят проявлением плёнок. Он вынул своего маленького металлического пленника из футляра от бинокля и запер его в прочной птичьей клетке с небольшим висячим замком на дверце. Когда я вошёл, существо, прижавшись к прутьям, следило за Пэтом своими круглыми глазами-фарами.
– Закругляйся, Пэт, – сказал я. – Через десять минут мы идём к президенту Монтейро, и возьмём пленника с собой.
Десять минут спустя я постучал в дверь номера президента Монтейро. Пэт стоял позади меня с клеткой в руках. Нас впустил служитель. Президент – невысокий смуглый мужчина с аккуратно подстриженной седеющей бородкой – сидел за большим столом из красного дерева. Рядом с ним, положив руку ему на плечо, стояла стройная кареглазая девушка годов двадцати. По фотографиям, что я видел прежде, я мгновенно узнал Долорес Монтейро, дочь президента и первую красавицу обеих Америк.
Президент приветствовал меня весьма радушно. Я представил своего помощника, а он познакомил нас с дочерью. Служитель расставил стулья.
Достав из хьюмидора длинную тонкую сигару и приглашающим жестом протянув ее мне, президент произнес:
– Итак, сеньор Стюарт, что такого важного вы хотели мне сообщить?
Я вкратце рассказал ему о нашем странном приключении – о поразительных зрелищах, свидетелями которых мы стали, и о том, как мы чудом спаслись. Он курил, и лицо его оставалось невозмутимым до самого конца. Затем он сказал:
– Поймите меня правильно, сеньор, я ничуть не сомневаюсь в ваших словах. Но столь необычная история требует доказательств. Вы ведь не против, если я… гм… проведу дополнительное расследование?
– Именно на это я и рассчитываю, – ответил я. – Впрочем, мы принесли с собой доказательство, которое, полагаю, сможет вас убедить: живой миниатюрный экземпляр той странной расы металлических существ.
Я поднял клетку и поставил ее на стол. Маленькое существо, сидящее внутри нее, сфокусировало свои выпуклые глаза-фары на каждом из нас по очереди, словно гадая, чего ожидать дальше.
– Похоже на автоматона, созданного человеком, – заметил президент.
– Верно, – ответил я, – и всё же оно, как и его более крупные собратья, с которыми мы столкнулись, вели себя так, будто были наделены разумом.
– Вы полагаете, эти существа настроены… враждебно?
– Судя по уже совершённым ими действиям, да.